«Когда стал военным, добавилось не только цинизма, но и оптимизма». Интервью с Ярославом Пилунским

29 ноября 2022, 14:14
Ярослав Пилунский (Фото:Укринформ/коллаж НВ)

Ярослав Пилунский (Фото:Укринформ/коллаж НВ)

Оператор, документалист, режиссер, участник объединения кинематографистов Вавилон' 13 Ярослав Пилунский теперь титруется еще и как боец ВСУ и оператор БПЛА. После ранения под Лисичанском он короткое время находился в Киеве, а сейчас уже снова в зоне боевых действий.

О том, как уживаются в окопе художник и солдат, удается ли на войне найти время на документалистику, о проекте-мечте и украинском кино после победы Ярослав рассказал журналистке Ярославе Наумовой в рамках проекта Кинопространство (совместный проект Ukrainian Film School и Украинского Дома).

Видео дня

Ярослав Пилунский

Оператор, документалист, режиссер, участник объединения кинематографистов Вавилон' 13

Я начинал работать с дронами как доброволец, еще когда Ирпень и Буча были оккупированы — терроборона Университета обороны имени Черняховского отправилась туда с учебными танками и собирала все, что попадалось по дороге. Попался я, меня подобрали, так мы и начали работать.

Ярослав Пилунский — лауреат Шевченковской премии 2018 года за цикл документальных работ о Майдане. В его фильмографии — сотни музыкальных клипов, фильмы Братья. Последняя исповедь, Вий, Сильнее, чем оружие, Первая сотня и другие. Весной 2014-го снимал оккупацию Крыма и попал в плен. В 2016 году основал образовательный проект для подростков с востока Желтый автобус.

Сначала воспринял это не только как свою мужскую обязанность по защите страны выполнить, но и как возможность попасть в сердце событий, чтобы снимать документальное кино. Когда ты находишься внутри процесса, живешь этим постоянно, тогда есть доверие, тогда на определенный день камеру уже никто не замечает и начинается откровенный разговор. Именно так мы снимали фильм Первая сотня о событиях на Майдане. Надеялся, что и на этот раз пребывание внутри позволит более тонкие материи снимать, что это действительно эксклюзивный материал.

  • Удалось?

Не очень (смеется). После освобождения Киева мы поехали дальше, и стало ясно, что это была лишь демоверсия войны, что все становится намного интенсивнее. Сегодня такое жестокое противостояние, такую нагрузку, враги используют кассеты, фосфор — все, что можно представить, кроме разве что ядерного оружия… Это такая напряженная работа, что не то, что на камеру, даже на ненависть времени не хватает. Эмоции бойцов вообще минимальны: вот побежали враги — это маленькая радость. А все остальное — тяжелый труд, поддерживаемый солдатским юмором. Жестким. И мы держимся на этом. Многое напоминает работу шахтера: постоянно копать и следить, чтобы не завалило. То есть, я признаю, что документалисты на войне могут создавать действительно интересный контент, но это не мое время. Надо сначала врагов выгнать с нашей территории, а потом уже будет мое кино.

  • Но попытки включить документалиста все-таки были?

Как-то после боевого задания решил сделать крюк и снять туман на озере. Такой красивый кадр на рассвете! И — потерял дрон. Тогда окончательно понял, что свою творческую энергию пока буду складывать в ящик. Совмещать не получается — я или снимаю, или воюю. С апреля я в ВСУ, боевой пилот дронов.

  • Сложно сдерживать творческие порывы?

Не то слово. В кармане у меня живет камера GoPro. А свободное время, чтобы что-то документировать, появляется при обстреле, когда нужно лежать в окопе. И когда закончится обстрел, не знаешь. И выживешь ли, не знаешь. Как документалист, я бы уже скакал по окопу, делал раскадровку, чтобы показать каждого героя. А как боец, говорю себе: сиди и не выдвигайся. Вот так и борюсь каждый раз, работаю над собой. И в такие моменты, например, общаюсь с насекомыми. Однажды увидел такую удивительную муху — к сожалению, не смог ее снять. Все знают, что муха имеет определенную форму крыльев, а у этой совершенно нет формы, они обтрепанные. И представьте это общение: «О, детка, как ты? Вижу, тебя тоже потрепало на войне…» (смеется).

poster
Дайджест главных новостей
Бесплатная email-рассылка только лучших материалов от редакторов NV
Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

Что я могу, это разве записывать на диктофон какие-то истории. Находясь в ВСУ, вижу контраверсионные вещи. И это уже выходит за рамки документалистики.

  • То есть творческая деятельность все же ведется.

Во время войны все процессы ускоряются: интеллектуальные, инженерные… На наших глазах трансформируется информационная парадигма цивилизации. Находясь в киносреде, мы все равно находимся в определенном пузыре. Документалисты, конечно, заходят в другие сферы, но и они ненадолго, как гости, не успевая заметить большие изменения. А во время войны событий столько, они столь сжимаются во времени и столь откровенны за несколько часов такая драматургия развивается! И с камерой за этим тяжело успеть. Поэтому я потихоньку собираю материал.

  • И что вы планируете с ним делать?

Со временем поработать с постановочным кино. Моя мечта — снять откровенный художественный фильм обо всем, что наблюдаю сейчас. После победы.

  • Украинская культура во время войны: какие проявления, по вашим наблюдениям, самые важные?

Проявления культуры — они разные. Просчитать, что именно взорвется, вызовет наибольший резонанс, невозможно. Например, в Японии выпустили мангу Призрак Киева — это небольшая история, там нет драматургии, просто эмоциональный взрыв, нашедший отклик в японской культуре.

Любой контент, который мы создаем сегодня, например, шутки по поводу событий в оркостане — тоже проявление культуры. Мы ежедневно наблюдаем превращение субкультуры в культурное явление. Это как гумус, из которого прорастает культурная среда великой страны. И плоды которой мы будем пользоваться после победы.

  • Вместе с тем, продолжается дискуссия по поводу художественного переосмысления войны в литературе, в кино: события еще продолжаются, даже не все жертвы похоронены…

Нужно и осмысление, и быстрые проявления культуры. Я, например, не тороплюсь, понимая, что ищу и к чему иду: хочу, чтобы результат был осмысленный. Здесь трудно что-то посоветовать, кроме того, на что откликается сердце. У режиссеров есть такая пословица: можешь не снимать — не снимай. Но если возникает непреодолимая эмоциональная потребность поделиться, пусть будет. Из опыта Первой сотни понимаю, что общество события воспринимает по-разному — когда они оттягиваются во времени, восприятие информации более эмоционально отстранено.

  • Ваше отношение к съемкам фильма Буча: ко времени или не времени?

Мое отношение — нужно все. И если кто-то решается делать прямо сейчас — я бы не мешал. С 2014 года тоже были «быстрые фильмы», не всегда удачные. Но это все равно культурная жизнь: нужно, чтобы она происходила и во время войны. Знаете, мы как-то разговаривали с ребятами с передовой о мирной жизни в городах: кафе полные, люди развлекаются, ходят в кино, театры. Это, в конце концов, нормально: мы для этого и воюем, чтобы кафе были полны, чтобы создавались новые фильмы, чтобы проходили культурные дискуссии… Фильм о Буче, безусловно, вызовет дискуссию внутри страны. Возможно, ему удастся напомнить зарубежному зрителю, что в Украине идет война. Так что даже если результат мне не понравится, на сегодняшний день я все равно поддержу его.

  • Поразмышляем о кино после победы. С одной стороны, мы надеемся, что у кинематографистов будет меньше компромиссов с совестью, с другой — государственное финансирование приостановилось. Вы верите в качественное перерождение украинского кино и в то, что оно сможет развиваться без денег?

Я совершенно циничный оптимист. Когда стал военным, добавилось не только цинизма, но и оптимизма. У нас рождаются новые герои: молодые, бодрые, талантливые. Вокруг нас очень быстро меняющийся цифровой мир. В институте меня как кинооператора учили работать с пленкой, а потом я на полном ходу должен был врубиться в цифровую революцию. И я постоянно учусь пользоваться новыми инструментами: и как боевой пилот, и как режиссер, и как оператор… Вместе с тем, я вполне нормально отношусь к тому, что кто-то из молодежи меня опередит.

А то, что уменьшилось финансирование, так можно в телефоне снимать фильм, актуальность и ценность его может быть выше, чем снятого на дорогие линзы или камеры.

Я уверен, что в условиях войны родится новый кинематограф. А рудименты совкового, та же киноакадемия (я, кстати, тоже киноакадемик) и прочая «шелуха» из прошлого, которая за нами тянется, уйдет в небытие. Будет много новых звезд, новых имён. Будет новая замечательная культура и кино будет жить.

https://www.youtube.com/watch?v=B-GBkNQMb3g&ab_channel=%D0%A0%D0%B0%D0%B4%D1%96%D0%BE%D0%9D%D0%92
Редактор: Кира Гиржева
Показать ещё новости
Радіо NV
X