Между войной и миром. Почему стоит посмотреть фильмы Мариуполис и Парфенон

23 октября 2020, 21:43

Режиссер этих лент Мантас Кведаравичюс — доктор социальной антропологии, и потому антропологические исследования являются неотъемлемой составляющей его кинематографических работ

В конце октября в ограниченный кинотеатральный прокат выйдет фильм Парфенон литовского режиссера Мантаса Кведаравичюса. Лента снята в копродукции Украины, Литвы и Франции, и ее мировая премьера состоялась а рамках Недели критики на Венецианском кинофестивале в 2019 году. Украинская премьера фильма прошла этим летом на кинофестивале Молодость. Лента также будет представлена на 4-м кинофестивале Kharkiv MeetDocs, который в этом году пройдет онлайн.

Видео дня

До того как украинский зритель сможет оценить картину на большом экране, предлагаю посмотреть на Парфенон через призму антропологического киностиля Мантаса Кведаравичюса. Ведь впервые Украина оказалась в его объективе в ходе съемок документального фильма Мариуполис, мировая премьера которого состоялась в 2016 году на Берлинале.

Мариуполис город между войной и миром

По специальности Мантас Кведаравичюс — доктор социальной антропологии Кембриджского университета. Поэтому антропологические и этнографические исследования являются неотъемлемой составляющей его кинематографических работ. В частности, среди его интересов — греческая мифология и следы древнегреческой цивилизации на территории Европы.

В 2015 году этот интерес привлек Кведаравичюса в Мариуполь, где он намеревался исследовать остатки греческих поселений и готовил кинопроект Стасис, который в будущем перевоплотился в полноценный игровой полнометражный фильм Парфенон.

Это история о любви, боли и телесности

Но в то время в Украине уже шла война. Мариуполь стал прифронтовым городом, где звук выстрелов и взрывов стал частью жизни его жителей. У режиссера появился замысел снять в Мариуполе документальный фильм. Как отметил Мантас Кведаравичюс в одном из своих интервью, в Мариуполе его поразил «сюрреализм обычного города в военное время». Перед нами предстает город со стертыми временем отпечатками греческой мифологии и с классическими элементами постсоветской «тяжелой» реальности, что видно на примере улиц, архитектуры и помещений, где проходили съемки.

Это город, важным элементом которого всегда было море, и режиссер не обошел этот момент вниманием. Это город, в мирную жизнь которого вторглась война. Эпизоды фильма неоднократно дают понять, что эта война — никакой не внутренний конфликт, а типичная военная агрессия со стороны России.

В фокусе режиссера — просто люди, которые ведут свой привычный образ жизни. Порой возникает ощущение, будто перед нами не документалистика, а художественная съемка, и эта граница в фильмах Кведаравичюса настолько хрупкая, что порой зрителю трудно ее распознать.

Фильм рассказывает истории разных людей.

Главный герой — сапожник, который в свободное от работы время выходит в море. В своей мастерской он ведет дискуссию с Утой Кильтер, одесской художницей и подругой режиссера, об атеизме и вере в Бога. А вот компания веселых людей, которые танцуют и гуляют на свадьбе; музыкант, который играет на скрипке, когда за окном слышны «грады»; репортер, которая среди хаоса и атмосферы неопределенности находит свою любовь. И рядом с ними — постоянные упоминания о войне. Украинские военные, которые часто появляются в фильме или звучащие объявления по радио новостей о трагических событиях и новых погибших, как бы невольно врываются в размеренную жизнь жителей Мариуполя. Но люди продолжают жить своей жизнью и несмотря на все ценить каждую ее минуту.

Парфенон — история о любви, боли и телесности

В фильме Парфенон визуальная антропология Мантаса Кведаравичюса приобретает еще большую образность. Со значительно более широким размахом режиссер охватывает локации съемок, которые проходили в Украине, Турции, Литве, Греции и Уганде. В ленте, которую по жанру можно определить как психологическую драму, отсутствует классический линейный нарратив, и нет привычного для художественного фильма связного сюжета. Кведаравичюс из тех режиссеров, которые используют метод импровизации — позволяют окружению и актерам создавать фильм вместе, и контролировать креативный процесс, конечный результат которого остается загадкой до самого конца даже для режиссера.

Главные герои фильма — представители разных национальностей и культур: курды, украинцы, греки, суданцы. Их объединяет то, что все они представители маргинальных слоев общества, из тех отталкивающих и ужасающих ячеек, которые мы часто предпочитаем не замечать, но многих они, наверное, сильно манят. Вместе с ними зритель путешествует через бордели, тайные кафе, сквоты, заброшенные заводы и мечети. Из богемных Афин фильм переносит зрителя в хаотичный Стамбул, а затем в Африку или Одессу. Эта триада городов — Стамбул, Афины и Одесса, выбрана не случайно. Все они портовые города, которые когда-то были частью великих империй, и сегодня представляют из себя яркие примеры космополитичных городов, где многообразие культур стало неотъемлемой частью их настоящего.

Фильм отправляет нас в изысканное визуальное путешествие во времени и пространстве. Его герои со своими переживаниями словно еще раз доказывают нам, что не существует в жизни человека чувств сильнее Эроса и Танатоса. Ничто не способно так сильно взбудоражить наше сознание, как страстная любовь или смертельная потеря. Об этом хорошо знали летописцы Древней Греции и создали свои вечные трагедии…

Мантас Кведаравичюс переосмысливает их сущность с помощью собственного киноязыка, где в центре этнографического исследования — человеческая телесность, с ее чувственным характером, болью и памятью.

В Парфеноне показан сильный эпизод о больнице, где больные лечатся с помощью веры и пытаются «внушить» эту веру одной из главных героинь, иконописцу Софие, которая давно ее потеряла. Вдруг по радио звучит объявление: «Вчера в поселении Сартана под обстрел попала похоронная процессия… В Мариуполе объявлен день траура». Эту же фразу мы слышим в фильме Мариуполис, которая там звучала из радиоприемника в мастерской сапожника. Таким образом, режиссер как бы проводит невидимую цепочку, идеологически соединяет оба фильма.

Когда я посмотрела фильм Парфенон, а вслед за ним и Мариуполис, меня не покидала мысль о том, что стиль Мантаса Кведаравичюса с его нелюбовью к готовому сценарию и желанием импровизировать как с профессиональными так и не профессиональными актерами, мог бы быть своеобразной иллюстрацией современного авторского cinéma vérité. Этот термин, означающий «истинное кино», изобрели режиссер-антрополог Жан Руш и социолог Эдгар Морен, когда совместно сняли документальный фильм-эксперимент Хроники одного лета о поколении французов в начале 1960-х.

Еще одна характерная черта: Руш полагал, что изменения в обществе обычно происходят благодаря маргинализованным людям, которые находятся «за пределами» общества. По его словам, они являются воплощением «народного авангарда, которому нужно найти способ выживать, не попав в ловушку системы». Об этом также напоминают персонажи ленты Парфенон.

Мантас Кведаравичюс использует кинематограф как сильный визуальный инструмент, способный показать многообразие культур и придать фильму множество смысловых наслоений, где зрителю отведена не только роль наблюдателя. Вместе с его героями мы погружаемся в мир иной, и в результате получаем потрясающий материал для рефлексий — о нашей сегодняшней жизни и вечных поисках ее смысла.

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения НВ

Больше блогов здесь

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X