Вечер пятницы. Каннский кинофестиваль местами плавно, местами бурно подходил к концу, и в голове уже был сложен стопочкой список возможных фаворитов. И тут — тадам — в последний день, когда демонстрируются фильмы основного конкурса, в него врывается фильм, который мешает все карты и может изменить все расклады.
Элиа Сулейман, 58-летний палестинский режиссер православного происхождения представил в главном конкурсе Канн фильм It must be heaven — Должно быть это рай, в котором сам сыграл главную роль.
Блестящая', ироничная, местами немного сюрреалистичная картина, которая троллит все возможные на свете клише в отношении Палестины и палестинцев, Франции и французов, Америки и американцев.
Сулейман в фильме играет сам себя, он в кадре безвылазно крупными планами — и за весь фильм произносит не больше пяти слов. Ирония режиссера не щадит никого и ничего, в том числе не щадит как принято говорить issues, отношение к которым в обязательном порядке серьезное. С одной стороны фильм — минималистичен, с другой — очень наполнен, но при этом не содержит лишнего политического пафоса — несмотря на всю болезненность палестинского вопроса.
В Каннах после премьеры аплодируют всем, но овация в честь Элиа Сулеймана после титров, мне показалось, длилась чуть больше обычного.
В мире Сулейман больше всего известен по трагикомедии Божественное вмешательство о жизни на Палестинских территориях, которая в 2002 году получила здесь, в Каннах, приз жюри. Вместе с тем, многие критики сразу после премьеры назвали новый фильм режиссера более удачным чем картину 17-летней давности.
В 2006-ом Элиа Сулейман был в жюри кинофестиваля в Каннах. Он, кстати, женат на известной ливанской певице Ясмин Хамдан — ливанской певице, которая запомнилась всем киноманам по кадрам и песне в фильме Джима Джармуша Выживут только любовники, и которая даже выступала в с концертом в Киеве.
Ее Сулейман тоже снял в своем фильме — правда, совсем немножко. И еще Гаэля Гарсиа Берналя, который, как и Сулейман, сыграл в фильме сам себя.
Делать какие-то прогнозы, кто победит, сейчас, перед вечером 25 мая — намного более бесполезное занятие, чем гадание на кофейной гуще, но фильм Элиа Сулеймана Должно быть это рай вполне способен нарушить все расклады. Посмотрим. После просмотра фильма Сулеймана я продолжаю болеть за Педро Альмодовара и его Боль и Славу. Но есть еще эпичная Скрытая жизнь Терренса Малика, есть Молодой Ахмед Братьев Дарденн, есть Извините, мы вас не заметили — лучший фильм уже двукратного обладателя Золотой пальмовой ветви Кена Лоуча.
В конце концов, в основном конкурсе есть Джармуш и Тарантино. Нельзя сбрасывать со счетов Селин Скьямму и ее феминистическую и романтическую картину Портрет леди в огне о любви двух девушек в 18 веке. Нельзя забывать об Атлантике, первом в истории фильме в основной программе Канн, которую сняла женщина-режиссер африканского происхождения — 36-летняя Мати Диоп. И о корейских Паразитах режиссера Пон Джун Хо тоже нельзя забывать — его очень полюбили критики и пресса.
Насколько справедливы все догадки, мы узнаем сегодня вечером. Сайт НВ будет вести трансляцию вручения Золотой пальмовой ветви.