Андрогинный, бисексуальный инопланетянин, прилетевший на Землю с неизвестной планеты и без лишних промедлений ворвавшийся на сцену игривой рок-звездой, помог музыканту прославиться. Сам Боуи будучи не только великим артистом, но и понимающим конъюнктуру рынка бизнесменом, так отзывался о популярности своей первой маски: «Я совсем не удивился, что Зигги Стардаст сделал мою карьеру. Я создал абсолютно работающую рок-звезду».
Этот же образ прочно закрепится в общественном сознании и станет, наверное, самым известным в архиве Дэвида Боуи. Однако, Зигги был не первым персонажем, придуманным артистом и далеко не последним примеренным им на себя сценическим альтер-эго. Ниже мы перечислили ключевых вымышленных героев из канона Боуи. Тех, кто был с ним с самого начала и до самого конца.
Майор Том
Альфа и омега бестиария Дэвида Боуи. Майор Том появляется в первом хите артиста Space Oddity 1969 года выпуска — истории про астронавта (собственно, Том), который отправляется изучать космос и вначале постоянно обменивается сообщениями с Землей (Ground Control), а потом теряет с ней связь и предпринимает самостоятельное межзвездное плавание.
К этому персонажу Боуи возвращается и в других важных для своего каталога песнях: Ashes to Ashes, Hallo Spaceboy и Blackstar, каждый раз добавляя образу новых черт, а биографии Тома новых приключений. Так в Ashes to Ashes 1980-го Майор Том предстает опустившимся на самое дно наркоманом, что хорошо рифмуется с биографией самого Боуи: как известно в середине 70-х музыкант настолько пристрастился к кокаину, что ему пришлось буквально сбежать из пропитанного соблазнами Лос-Анджелеса в Западный Берлин.
В клипе на Blackstar — выдающуюся 10-минутную авангардную композицию с последнего альбома Боуи 2016 года выпуска показано тело Майора Тома и его инкрустированный драгоценными камнями череп, которому поклоняются туземки далекой планеты. Зная о своей скорой смерти, музыкант решил символическим жестом завершить и путь своего лирического героя.
Таким образом, Майор Том — не просто альтер-эго Боуи, не просто еще одна маска из списка. Это его астральный двойник, чье путешествие по неизведанному — метафора путешествия самого музыканта. С него начинается Одиссея Дэвида Боуи, им же заканчивается.
Зигги Стардаст
Зигги Стардаст — попадание в десятку, наглядное подтверждение распространенного мнения о Боуи как об артисте-хамелеоне, умеющем угадывать и предугадывать, куда дует ветер актуального. Сотканный из представлений о прекрасном самого музыканта (японский театр кабуки, андрогинность, костюмы дизайнера Кансаи Ямамото) и подсмотренных им у Винса Тейлора (не самый известный, но яркий британский артист) и человека по прозвищу Legendary Stardust Cowboy (колоритный исполнитель из Техаса) образов Зигги нашел отклик у миллионов слушателей по обе стороны Атлантики.
И удачно вписался в популярный на начало 70-х музыкальный тренд — глэм-рок. Не последнюю роль здесь сыграл и нарратив: Зигги Стардаст по легенде — бисексуальный инопланетянин прилетевший на Землю предупредить людей о том, что им как виду осталось существовать пять лет (по причине истощения природных ресурсов). Концептуальный образ скандального пророка вдохновит потом и Леди Гагу, и Мерлина Мэнсона. Как и театрализованные концертные выступления Боуи и его группы — Пауков с Марса.
Алладин Сейн
Альбом The Rise and Fall of Ziggy Stardust and the Spiders from Mars вышел в 1972-м и последовавший за ним тур длинной в 18 месяцев истощил Боуи морально: он чувствовал, что интенсивное использование основанной частично на собственных фобиях маски Зигги Стардаста начинает вредить его собственному Я. Как следствие, Стардаст ушел в отставку (Боуи символично убил инопланетянина на концерте в Лондоне) и на его месте появился, рожденный из опыта американской части турне и из воспоминаний о страдающем от шизофрении брате Терри, злой близнец по имени Алладин Сейн.
Его образ был канонизирован обложкой одноименного альбома. Того, на котором Боуи изображен с молнией, протянувшейся через все лицо и с загадочной каплей на ключице.
Вот как о персонаже отзывается сам артист: «Был момент в 1973 году, когда я знал, что все кончено. Я не хотел всю свою жизнь быть в ловушке этого персонажа, Зигги. И я предполагаю, что то, что я делал на альбоме Aladdin Sane — это попытка перейти в следующую область, но используя довольно бледную имитацию Зигги в качестве второстепенного девайса. На мой взгляд, это был Зигги едет в Вашингтон, Зигги под влиянием Америки».
Примечательно, что вышедший весной 1973-го альбом Aladdin Sane был очень тепло встречен именно в США. Возможно, причина крылась в более смелых текстах (Боуи пел о связанным с наркотиками и насилием упадке города) и в более сыром, грубом звучании. Это был по-прежнему глэм-рок высшей пробы, но более напористый, в духе Rolling Stones, и теперь с добавлением хард-рока.
Изможденный Белый Герцог
«Безумный аристократ», «аморальное зомби» — Изможденный Белый Герцог, наверное, самое болезненное и отчасти скандальное альтер-эго Боуи. Рожденный в 1975-м и просуществовавший вплоть до побега музыканта в Западный Берлин в конце 1976-го, он отразил в себе «астрономическую» наркозависимость Боуи (диета музыканта в то время состояла из красного перца, молока и гор кокаина) и его эмоциональное истощение.
В то же время Герцога можно назвать самым стильным персонажем когда-либо придуманным артистом: зачесанные назад, длинные оранжевого оттенка волосы, белая свободная рубашка, черная жилетка, черные свободные брюки контрастировали с глэмовой андрогинностью Зигги Стардаста и Сейна. Но в комплекте со сдержанным, по-арийски строгим стилем шло холодное сердце «пустого человека». А еще высказывания, намекающие на симпатии Гитлеру, которого Боуи в то время называл первой настоящей рок-звездой (и от которых артист потом открещивался).
Хронологически образ Изможденного Белого Герцога совпал с выходом альбома Station to Station — великой (как, собственно, и все остальные альбомы музыканта, выпущенные им в 70-х и начале 80-х) записи, созданной на стыке краут-рока, фанка и соула. Герцог — персонаж перед побегом, Station to Station — альбом перед побегом в Берлин, где Боуи вместе с Брайаном Ино и Тони Висконти запишет знаменитую Берлинскую трилогию, состоящую из пластинок Low, Heroes, Lodger.
Никола Тесла
Взяв эклектичность за творческое кредо, Дэвид Боуи не ограничивал себя только лишь музыкальной сценой. Он аккуратно снимался в кино. Аккуратность здесь касается выбора ролей и режиссеров, а также дозированного присутствия на киноэкранах. Среди прочего, Боуи сыграл вампира в фильме Голод Тони Скотта, где его напарницей стала Катрин Денев, майора Джека Селлерса в фильме Счастливого Рождества, мистер Лоуренс японца Нагиса Осимы, где его напарником стал знаменитый композитор Рюити Сакамото, Понтия Пилата в скандальном Последнем искушение Христа Мартина Скорсезе, короля гоблинов в знакомой тем, кто рос в 90-х, сказке Лабиринт.
Самой же известной киноработой для современного зрителя можно назвать роль Николы Теслы в фильме Престиж Кристофера Нолана. Не только известной, но и близкой музыканту по духу: знаменитый изобретатель тоже был личностью энигматичной.
По легенде Нолан видел в этой роли только Боуи, тем не менее артист предложение режиссера отклонил и последнему пришлось лететь в Нью-Йорк, чтобы лично рассказать музыканту о проекте. Тот согласился через пару минут разговора.
Слепой Пророк
Свой последний альбом Blackstar Дэвид Боуи выпустил 8 января 2016 года. За два дня до своей смерти от онкологического заболевания. О болезни, лечении и том, что этот альбом станет последним, музыкант общественности не объявлял. Благородный жест, подарок для поклонников, дистанцировавший их насколько возможно от давления темы смерти.
Понятно, что при прослушивании Blackstar и при просмотре клипов тема эта всплывает сама по себе, но воспринимается она, как предчувствие автора, а не как новостной заголовок. Разница существенная.
Слепой Пророк — персонаж в черном костюме, с повязкой с черными пуговицами на глазах и всклокоченными волосами. Он появляется в двух последних клипах Боуи на песни Blackstar и Lazarus. И если весь альбом — это наполненное символизмом прощание, прекрасная точка в карьере, то Пророк как часть этого прощания может символизировать осознание Боуи своей скорой смерти. Перехода из этого мира в другой, неизвестный.