«Мотивируют ребята на передовой». Как популяризатор науки стал волонтером и помогает ВСУ, чтобы хороших (мертвых) россиян становилось больше

12 июля, 16:06
Эксклюзив НВ
Волонтер Антон Сененко (на переднем плане) во время поездки на восток (Фото:Anton Senenko/Facebook)

Волонтер Антон Сененко (на переднем плане) во время поездки на восток (Фото:Anton Senenko/Facebook)

Автор: Алла Кошляк

С началом полномасштабного вторжения популяризатор украинской науки Антон Сененко вместе с единомышленниками начал эвакуировать людей из Ирпеня и других городов Киевской области, где продолжались боевые действия. После деоккупации северных регионов поехал на восток страны помогать и гражданским и военным.

Сененко в интервью Радио НВ рассказал, что дает силы заниматься волонтерством и осталось ли время на науку.

https://www.youtube.com/watch?v=OGVlIzKFLec

— Вы со своими коллегами очень многое сделали в Киевской области — занимались вывозом гражданских много дней, рискуя собственной жизнью и здоровьем. Сейчас ситуация относительно более спокойная. Ваша работа сейчас больше сфокусирована на востоке Украины?

Видео дня

— Действительно, раньше мы занимались больше Киевской областью, когда здесь велись боевые действия. Начиналось все также с доставки гуманитарных грузов, но затем стала очевидной проблема эвакуации гражданских из зоны боевых действий в безопасные места.

Сейчас мы полностью сосредоточились на востоке. Также мы [охватываем] немного полдня. Мы обеспечиваем отдельные подразделения Вооруженных сил Украины тем, что им нужно и что, к сожалению, пока что наше государство обеспечить им не может.

Поэтому мы формируем колонны и перевозим в них как разнообразные тактические штуки, как мы их называем, — тепловизоры, дальномеры, дроны, так и просто иногда передаем адресные посылки от родственников или знакомых, которые занимаются обеспечением своих друзей.

Работаем вроде «Новой почты», которая доезжает прямо до передка.

Дополнительно, мы с конца прошлой недели готовим к отправке на фронт полноприводные пикапы и джипы — системно собираем деньги на автомобили для Вооруженных сил Украины.

Недавно ввели теплые ламповые аукционы по розыгрышу трофейных вещей хороших мертвых русских среди всех желающих. Все деньги направляем на закупку автомобилей для Вооруженных сил, чтобы хороших мертвых русских становилось еще больше.

— Работаете ли сейчас с обеспечением гражданских, особенно в тех регионах, куда очень тяжело добираться? Речь идет о южных, восточных областях Украины, где все же гражданское население до сих пор остается в очень сложных условиях и большой опасности.

— Да, мы эпизодически занимаемся тем, что доставляем определенные гуманитарные продуктовые наборы в поселки, расположенные очень близко к линии фронта. Но мое личное мнение в том, что на самом деле этого делать не следует. Я, например, стараюсь избегать таких вещей.

Мое мнение основано на немного травматическом опыте Ирпеня: чем больше мы облегчаем жизнь у линии фронта, тем дольше они там остаются и тем больше вероятность того, что эти люди там просто погибнут.

Лично мой опыт показывает, что нет никакой причины, почему бы человек не мог быть эвакуирован с линии боевого столкновения. Все эти рассказы об имуществе и так далее — это все, извините, бред, это личные психологические проблемы людей. Я это понимаю, просто нужно тактично делать и объяснять. Но действительно: когда у людей есть что есть и пить, они считают, что ситуация еще не настолько сложная. А ситуация потом обваливается буквально через полчаса, через пять минут, когда снаряды начинают лететь и уже изменить ничего нельзя. В такие моменты мне очень жаль эвакуаторов, которые под обстрелами даже на каких-то бронированных бусах пытаются вывозить гражданских, люди из-за этого страдают. Я думаю, это неправильно.

— Если нас слушают гражданские на территориях, которые очень близко к фронту, чтобы вы им сказали? Вы как человек, ездящий на опасные участки, как человек, который видел, что такое оккупация и какие могут быть ее последствия, что сказали бы людям, остающимся в оккупации?

— Надо выезжать. Я не найду никаких рациональных аргументов, которыми смогу этих людей убедить, но просто прошу прислушаться к фактам, которые видел: когда начинают лететь мины, для людей уже не стоял вопрос: ехать куда-то в неизвестность или нет.

Перед ними не стоял вопрос: какие вещи с собой собрать, брать ли подушку, чистые трусики (это у нас такая цитата внутри команды). Люди выбегали без паспортов, прыгали в машину и мы на полной скорости вылетали, потому что нет ничего дороже жизни. Нечего цепляться за все эти вещи: в худшем случае они все равно сгорят. Но вопрос: с вами или без вас.

Все мы взрослые, люди должны сами решать. Единственное, от чего меня лично очень сильно плавит, — когда я вижу детей в том же Бахмуте или Славянске. Понимаю, что их родители, желая им вроде бы добра, на самом деле совершают преступление, потому что подвергают опасности своих детей. Я не знаю ни одного аргумента, нормального аргумента, почему эти люди остаются там.

Иногда действительно есть проблемы, когда мы видим парализованных людей, оставленных пожилых людей: они не могут сами передвигаться. Иногда очень трудно понять, что в здании кто-то находится. Мы делали поквартирные обходы и случайно находили несколько человек, которые просто сидели и ждали, пока их вывезут. Они даже не знали, что никакой эвакуации не будет, а это просто волонтеры случайно их обнаружили.

А когда я вижу здоровых людей, у которых две руки, две ноги, они могут спокойно… Понятно, что война — это сложность, экономический кризис, но они теоретически могут найти работу, какое-то убежище. Волонтерское движение в Украине очень мощное. Этих людей принимают — в том же Запорожье очень мощные волонтерские центры в Днепре; Западная Украина поддерживает, поляки, Германия… Надо просто начать это делать. Да, это сложно. Никто не говорил, что просто. Но когда на другой чаше весов жизнь или смерть, мне кажется, выбор должен быть очевидным.

— У вас есть общественная организация, которая занимается обеспечением, в частности, пикапами, нужд Вооруженных сил. Как присоединиться к сбору средств, как принять участие в аукционах, которые вы проводите? И как стать частью вашей волонтерской деятельности?

— Можно просто подписаться на меня в Facebook (Антон Сененко) или есть в телеграм Лабораторна миша — это мой канал, где я раньше писал очень популярно о науке. К сожалению, сейчас пишу больше о волонтерской деятельности. Можно подписаться на эти площадки. Мы раз в неделю постимся стримами, где проводим розыгрыш призов. Там мы указываем реквизиты карт и пейпалов, куда можно донатить средства.

Очень радует, когда люди пишут: «Мы не хотим участвовать в розыгрыше. Пусть тот, кому это интересно, разыгрывает. Вот вам 21 тысяча гривен, возьмите. Это чисто на машину для Вооруженных сил». Отдел Института электросварки имени Патона просто передал нам эти средства. Это очень и очень круто.

— Как организована ваша волонтерская работа? Удается ли ее совмещать с основной профессиональной деятельностью?

— Мы все вынуждены совмещать. Как видите, сейчас я нахожусь в лаборатории Института физики Национальной академии наук Украины.

Как вообще возникает волонтерская деятельность? Ты просто все свое свободное время после рабочего дня, все выходные, праздники (которых сейчас нет) направляешь на помощь Вооруженным силам. Остается только время на сон и отдых, потому что волонтерская деятельность очень истощает и нельзя никоим образом выгорать.

Я сейчас очень бегло слежу за новостями науки, за какими-то плагиатными скандалами, но очень хорошо, что я в нескольких чатах очень классных ученых, которые пытаются распространять интересную информацию. Украинка получила одну из самых престижных наград в области математики — это очень и очень классно.

Скажу, что я написал когда-то перечень научных и научно-популярных ресурсов, пишущих о науке, запостил его на site.ua. Там, вероятно, несколько сотен ссылок. Я советую, кто хочет следить за наукой, посмотреть этот перечень и подписываться на моих коллег и на команды волонтеров, которые продолжают популяризировать науку даже в это сложное время.

— Как вы с коллегами находите силы не выгорать? Как понять, что, к сожалению, ты не можешь помочь всем?

— Во-первых, есть базовое правило. Юлия Паевская нам говорила, когда мы были у нее на тренинге: «Антон, спасти всех нельзя. Когда ты ставишь базово эту установку, ты начинаешь эффективнее работать для тех, кому ты можешь помочь, а не разрываешься. [Иначе] и тем не помогаешь, и другим не можешь помочь.

Мы действительно устраиваем себе один день отдыха всегда. То есть если мы съездили в какую-нибудь поездку, следующий день у нас — это просто бездействие: делаешь что хочешь, но никоим образом не касаешься никаких волонтерских задач, потому что надо хотя бы мозгами отдохнуть.

В конце концов это просто график — нормально питаться, пытаться спать семь-восемь часов, что очень важно, особенно для водителей. Проезжаем иногда 700 километров, а иногда выходит и 1200 километров за один день. У нас есть смена, напарники, много водителей, тем не менее, очень тяжело, и высыпаться — это самая первая и главная вещь.

Я себе занимаюсь спортом. Мне повезло, что мой напарник Андрей Пивень, я считаю, лучший фитнес-тренер Украины. Он просто прописал программу тренировок, помогающих держать себя в форме, комфортно носить бронежилет, быстро залегать и подниматься там, где это нужно, иметь какую-то дыхалку. И при этом не качать бицуху, как это делают все, потому что это лишено смысла, по-моему.

— Есть ли у вас какой-нибудь дедлайн, сколько вы можете заниматься только волонтерством, не уделяя столько внимания науке, которая всегда была основным делом жизни? Есть ли какая-то крайняя точка, когда дальше пусть подхватывают другие коллеги или государство, которому мы подставили плечо? Или какого-нибудь такого рубежа нет?

— Во-первых, есть положительная динамика, которую я наблюдаю. Если раньше у нас начиналось с «привезите, пожалуйста, карематы, носки, трусы», то очень мотивирует, что, по крайней мере, бытовые проблемы постепенно, очень медленно, но отходят на задний план. Конечно, иногда у нас даже подразделения ССО (Силы специальных операций — ред.) просят пластиковые тазики, чтобы элементарно немного помыться. Есть и такое. Бывают сбои в логистике.

Иногда у нас просят запчасти на автомобили, которые должны обеспечивать Вооруженные силы. Но таких ситуаций уже гораздо меньше. Очень радует, когда ты уже везешь какой-нибудь Starlink, теплак (тепловизор — ред.) или ночник, или гонишь тачку для Вооруженных сил Украины.

Есть ли какой-то предел? Честно, лично я об этом не думал и стараюсь не думать. Просто работаешь отсюда и до обеда, а с обеда и до вечера. Есть задача — выполняем. Понятно, что когда-нибудь наступит такое время, когда станет уже невмоготу, но честно — пока об этом даже мыслей нет. Очень мотивируют ребята, которые находятся на передовой. Ты просто с ними немного общаешься и понимаешь, что на самом деле у тебя никаких проблем нет: все, что тебе кажется тяжелым, это шутка. Расскажите это своему психологу или психиатру, это не проблема. И это действительно мотивирует.

Ця публікація створена НВ за підтримки ІСАР Єднання у межах проєкту «Ініціатива секторальної підтримки громадянського суспільства», що реалізується ІСАР Єднання у консорціумі з Українським незалежним центром політичних досліджень (УНЦПД) та Центром демократії та верховенства права (ЦЕДЕМ) завдяки щирій підтримці американського народу, наданій через Агентство США з міжнародного розвитку (USAID). Зміст матеріалу не обов’язково відображає погляди ІСАР Єднання, погляди Агентства США з міжнародного розвитку або Уряду США.
Показать ещё новости
Радіо НВ
X