«Я остаюсь». Жители Киева, которые после начала войны остались в городе — история куратора культурных проектов Олега Соснова

23 марта, 20:46
Я остаюсь (Фото:Facebook/Олег Соснов)

Я остаюсь (Фото:Facebook/Олег Соснов)

«Моя профессия предполагает, что я буду рассказывать о войне другим, переосмысливать её посредством искусства». Куратор художественных проектов Олег Соснов — о своей роли на культурном фронте войны.

Олег Соснов

Куратор художественных проектов

Когда я делал свои художественные проекты, я так или иначе взаимодействовал с городом, прорастал в него. Киев для меня — это не просто стены и здания, на которых по моей инициативе создавались муралы, это целый организм, частью которого я являюсь. Пусть маленькой частью, но живой. Мне сложно с ним расстаться.

Но вместе с тем, считаю, что те, кто хотят уехать, должны уехать. Страх только нарастает, лучше это чувство нейтрализовать. Я не говорю, что мне не страшно — мне тоже страшно. Не хотелось бы, чтобы тот факт, что я здесь, казался какой-то бравадой. Всем страшно по-своему. Просто с этим страхом все по-разному справляются. Если это касается женщин и детей — нужно уезжать как можно дальше от Киева.

Видео дня

Те, кто может справляться со страхом и может быть здесь чем-то полезным, должны оставаться. Если мужчины могут брать в руки оружие, а большинство так и сделало, судя по очередям в тероборону и военкоматы, — отлично. Те, кто остались и не захотели или не смогли по каким-то причинам взять в руки оружие, задействованы в логистике. Кто не задействован в логистике, работает на информационном фронте. Те, кто не вовлечены в волонтерскую деятельность и так или иначе не связаны с армией, хочется верить, что зарабатывают деньги и помогают армии. Вероятнее всего, у меня очень идиллическое восприятие происходящего.

Я на второй день войны пошел в тероборону, но мне оружие не дали. Тогда я решил, что у меня есть свой культурный фронт, есть иностранные журналисты, с которыми я постоянно взаимодействую. В первые дни было тяжело себя найти, взять в руки и настроить на эффективную работу, но сейчас у меня это получается.

Есть такая профессия, она может не всем знакома, называется «фиксер». Фиксеры — это люди, которые помогают иностранным журналистам находить контакты, организовывать репортажи и решать какие-то логистические вопросы, не говоря уже о работе переводчика. Так сложилось, что у меня осталось много контактов с Майдана с французской прессой. Все они, когда сюда едут, звонят мне. Я помогаю найти им жилье, получить аккредитацию или разрешение, даю контакты водителей, переводчиков, тех же фиксеров.

Я работаю бесплатно. Мне кажется, сейчас зарабатывать на этом не очень корректно. Это моя личная позиция. Я просто стараюсь организовывать их работу таким образом, чтобы они правдиво подавали информацию и объясняли, что у нас происходит на самом деле.

Кроме того, у меня есть выход на фотографов, иностранных и украинских, у которых я прошу работы, не просто репортажные, а настоящее искусство, которые иллюстрируют статьи. По роду деятельности у меня много контактов с художниками. Недавно я дал интервью одному французскому журналу — это популярное издание о культуре Les Inrocks. Выпускающий редактор увидел, что я куратор, связался со мной, попросил несколько картинок для иллюстрации статьи. Я прислал им на выбор несколько вариантов, они взяли одну работу и заплатили за авторское право художнику. Через два дня позвонили, говорят, мы хотим пять иллюстраций. Я помог всем со всеми связаться, выставить счет, французская бухгалтерия — это отдельная история, все получили свои небольшие авторские гонорары, но и это неплохо в наше время. В итоге они взяли одну из работ на обложку. 29 марта должен выйти печатный номер Les In Rocks с обложкой украинского художника, и несколько разворотов в нём будут иллюстрированы украинскими художниками.

Сейчас — мы на всех обложках всех мировых изданий. Ведь вопрос не столько в самой Украине, не столько в том, что происходит здесь, а в том, что в это вовлечён весь мир, вся мировая экономика, мировая система безопасности.

Мне посчастливилось пересечься в эти дни с лучшими мировыми военными фотографами из США, Франции, даже с одной диссиденткой из России — Викторией Ивлевой, с моим любимым украинским фотографом Александром Гляделовым — все сейчас здесь, все снимают, что происходит в Украине — либо фронт, либо тыл. Сейчас в Украине работают такие глыбы, как американец Джеймс Нахтвей, ему 75, француз Антуан д’Агата, ему 60 лет, украинец Александр Гляделов, ему 65 лет — это исторические личности в документальной фотографии, чьи книги и альбомы выпускают ведущие мировые издательства.

Это люди, которые были на многих войнах, все они с опытом, они понимают, что всё, что происходит здесь — это важная часть истории для всего мира.

Всех иностранцев поражает смелость, самоорганизованность, человечность и то, какими добродушными и храбрыми остаются украинцы в этой ситуации.

Моя профессия — куратор художественных и культурных проектов. С большой вероятностью, когда закончится война, я смогу продолжать свою работу, а значит, мне придется рассказывать о войне, переосмысливать, переживать эту травму посредством искусства. А говорить об этом, не пережив это, не пропустив через себя… не хочу говорить «нечестно»… но только находясь здесь, я получаю и опыт, и моральное право в моей системе ценностей рассказывать об этом другим. Сейчас я участвую в переговорах со своими коллегами в Париже и Берлине по организации фотовыставок о войне в Украине.

Мне бесконечно жаль мирных людей. Самое тяжелое — смотреть на то, как люди умирают, как разрушают их дома, как они становятся беженцами, как бомбят родильный дом, театр, где в убежище были люди, как стираются с лица земли целые города. Это запредельная жестокость. Это делается специально, чтобы причинить боль украинскому народу. Нет ничего святого на этой войне.

Еще у меня есть коллекция современного искусства, в ней больше 400 работ, по большей части графика, рисунки и фотографии, но и живопись тоже присутствует. И это тоже результат моей 10-летней деятельности. За неё я тоже переживаю, хотелось бы её сохранить.

Тема разделения на тех, кто уехал, и тех, кто остался, психологически довлеет над обществом. Сейчас мне бы не хотелось ни с кем выяснять отношения. Но кого я точно осуждаю — это мужчин, которые уехали заграницу, заплатив огромные деньги на границе. Если бы бюджет этих «косящих» был отправлен на армию, то мы бы ощутимо приблизили победу.

Редактор: Кира Гиржева

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X