«Я остаюсь». Жители Киева, которые с начала войны остались в городе — история Александра Черницкого

26 марта, 19:32
Я остаюсь (Фото:Facebook/Александр Черницкий)

Я остаюсь (Фото:Facebook/Александр Черницкий)

«В эти часы меня беспокоит сохранение города. Конечно, на фоне погибших и обездоленных людей спасение архитектурных памятников может для кого-то казаться несвоевременным, но я считаю, что это тоже важно». Глава правления группы Mandarin Plaza Александр Черницкий — об отношениях с Киевом и вспыхнувшей ненависти.

Александр Черницкий

глава правления группы Mandarin Plaza

Раньше я думал, что быть роднее с Киевом уже не могу. Я в нем родился, я в нем живу. Никогда не представлял себя в другом городе. Одиннадцать лет назад я получил лицензию частного пилота и теперь знаю Киев не только изнутри, но и сверху. Это во всех отношениях волшебный город. Когда я стал летать, Киев представился мне по-другому. Некоторые районы города с высоты птичьего полета выглядят иначе, чем ты их представляешь, когда едешь по дорогам. Это добавляет эмоций в мои отношения с Киевом.

Я боюсь анализировать, что со мной происходит, но у меня сейчас абсолютно отсутствует страх. Мне страшно от того, что мне не страшно. Может я какой-то бесчувственный или это подавленные эмоции — не понимаю. Я не реагирую на звуки, они скоре вызывают интерес. Я видел пролетающие реактивные самолеты и ракеты, я видел, как работает ПВО, всё это взрывалось неподалеку, но ни разу не вызвало паники. Многих людей и даже животных этот страх парализует — это жутко видеть со стороны. У меня этот страх отсутствует.

Видео дня

Я никогда раньше не испытывал чувства ненависти. Это была слишком сильная эмоция для меня. А тут она во мне проснулась. Я испытываю лютую ненависть! Она полыхает во мне внутри как огонь! У меня ни на секунду не возникло чувства жалости или оправдания по отношению к этим ублюдкам. Наверное, моя ненависть пережигает страх.

Месть убийцам — это понятная вещь. Их всех будут судить обязательно и неминуемо. Но как мстить тем людям, которые проявили безразличие или трусость? От них ничего не требовалось, только слова поддержки. Никто не просил помощи, но можно было хоть как-то выразить свою позицию. У меня остались знакомые, боюсь уже даже говорить «друзья», в стране-агрессоре, которые ни разу не позвонили, не написали за всё это время. Они вызвали сильное разочарование и полное непонимание. Какой смысл им мстить. Забыть их раз и навсегда. Не дать им больше ни одного шанса. И никакого прощения.

Я не религиозный человек. Я не совсем пониманию природу прощения. Но мне кажется, что простить не смогу. Весь наш разговор складывается вокруг ненависти, а не вокруг Киева. Но я так сильно люблю Киев, что просто ненавижу тех, кто на него посягает. На нашу страну, на нашу жизнь, на жизни наших детей и родителей.

Мои родители и даже дедушка, которому на днях исполнится 95 лет, находятся в Киеве. Мой дедушка в полном сознании, он не просто свидетель Второй мировой войны — члены нашей семьи погибли в Бабьем Яру. У нашей семьи много параллелей. Поэтому мой мозг не в состоянии сейчас охватить и постигнуть всё, что происходит. Поэтому мне всё происходящее кажется сюрреализмом. Поэтому параллель между Гитлером и Путиным совершенно очевидна, это не просто метафора.

В эти часы меня беспокоит сохранение города — мы никогда не знаем, куда прилетит ракета. Я лично был на одном из разрушенных объектов — это трагично и ужасно. Поэтому так важно думать о том, как сохранить и защитить наши культурные ценности. Это люди делали во время всех войн. На фоне голодных и обездоленных людей спасение архитектурных памятников может для кого-то звучать несвоевременным, а я считаю, что это важно. И музеи, и картины, и скульптуры, и дома — все это надо беречь. Мы со своей стороны тоже пытаемся что-то делать, ещё рано говорить о результатах, но это параллельный процесс, такой же важный, как и раздача теплых вещей, продовольствия и бронежилетов. Сейчас много чего можно потерять, что может быть разрушено непредсказуемым образом! Как, например, это случилось с художественным музеем им. Куинджи в Мариуполе. Я не хочу вникать в работу музейных сотрудников, у них есть свои протоколы действий в таких случаях. Но вот недавно я узнал об инициативе спасти витражи фуникулёра — вот это здорово!

В последние годы я много летал по всему миру. Сейчас я никуда не хочу уезжать. Даже на секунду не задумался о том, чтобы уехать. Но мечтаю, чтобы ко мне вернулось желание путешествовать и не бояться, что уехав из своего родного города, я могу вернуться и не застать своих родных или не найти свой дом. Я бы хотел точно знать, что если я уеду, тут всё будет нетронуто. Я хочу, чтобы вернулось ощущение свободы и легкости перемещений.

Редактор: Кира Гиржева

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X