В ловушке слова: 5 лучших переводных книг 2016 года. Блог писателя

16 января 2017, 20:03
Задача переводчика – не только сохранить языковую ауру произведения, но и передать дух эпохи, концентрат времени, лексическое соответствие сюжета

Как известно, основная задача переводчика – не только сохранить языковую ауру произведения, но и передать дух эпохи, концентрат времени, лексическое соответствие сюжета. В данном случае все авторы перевода прекрасно справились с этим заданием, хоть книги им достались непростые: современная классика, история любви, исторический роман-игра.

Видео дня

Их авторы, в свою очередь, раскрывают совершенно другую сторону классических сюжетов, и это не очередная интерпретация или постмодернизм. Просто оказывается, что писать обо всем известных вещах можно совсем иначе. Не так, как принято, по-своему, с точки зрения вечности, а не сиюминутной моды.

Возможно, именно поэтому книги этого обзора стали за рубежом бестселлерами, будучи популярны также у нас.

Славомир Мрожек. Эмигранты. Пешком. Портрет. – Л.: Видавництво Анетти Антоненко, 2016

Эти три великолепные, образцовые как в целом на трагическую драматургию ХХ века, пьесы из наследия выдающегося представителя театра абсурда поляка Славомира Мрожека – весомый вклад в сегодняшний наш балаган культурного бытия. Герметичность, замкнутость «театральных» кулис жизни во всех трех произведениях сборника, переведенных Еленой Катаевой и Сергеем Борщевским, при этом только добавляют обостренности абсурду отношений. Интересно, что развитие событий в театре абсурда начинается почти одинаково.

Кстати, «Эмигранты» были написаны в 1975-м году, будучи поставлены самим Анджеем Вайдой – и речь в них о приключениях двух пришлых в парижский мир-вселенную поляков. Едкая сатира, издевательство одного героя над другим, в финале – рыдания и воспоминания о родном доме, мухах под потолком и ежедневных консервах для собак, которыми сейчас приходится питаться. Для писательской манеры Мрожека вообще характерны ирония и гротеск, выявление абсурдных сторон жизни, нередко – притчевая манера повествования и фарсовые черты. Примитивизация жизни, духовное обнищание, дидактизм в искусстве – вот то, против чего всю жизнь изнемогал в своем творчестве автор «Эмигрантов», «Пешком», «Портрета».

В конце концов, дело даже не в абсурде тройки пьес, собранных в этой красивой книжке – а в том окружении, дискурсе и контексте, который встречаем также в произведениях других выдающихся эмигрантов (автор сборника поездил таки миром, вернувшись в Польшу). Среди них прежде всего – это также три выдающиеся изгнанника-эмигранта из славянского мира, которые внесли свой золотой вклад в сокровищницу мировой, но прежде всего западной культуры – Эжен Ионеско, Эмиль Чоран, Мирча Элиаде.

В более поздние времена, конечно, это Милан Кундера почти с такой же тематикой обыденного абсурда, творящегося из горькой ностальгии, осознания собственной ненужности в этом мире, «казенного» отношения окружающих даже в интимных сфер жизни.

Джозеф Геллер. Ловушка 22. – Черновцы: Книги XXI, 2016

Этот роман, изданный в рамках «Вавилонской библиотеки» и переведенный Еленой Фешовец, станет настоящим подарком поклонникам элитарной прозы ХХ века. Да и сам альтернативный издательский проект, куратором которого выступает Виктор Винтоняк, директор ивано-франковского издательства «Мантикора», стремится провоцировать культурный диалог. Ведь в первую очередь именно переводы из мировой литературы являются эффективным и доступным способом усвоения информации об основных духовных и культурных достижениях человечества.

Таким образом, «Вавилонская библиотека» знакомит украинских читателей с лучшими произведениями мировой литературы и лучшими образцами украинского художественного перевода. В данном случае – это антивоенное произведение «Ловушка-22», первый и самый известный роман американского писателя Джозефа Хеллера, который основан на его собственном боевом опыте летчика Воздушных сил США во время Второй мировой войны.

Сюжет романа, казалось бы, простой и динамичный, но двойное дно, как это бывает в лучших образцах современной американской прозы, в нем, безусловно, присутствует. Главный герой, капитан Джон Йосариан, решает спасти свою жизнь, отказываясь от дополнительных боевых вылетов, но преградой его плану становится Ловушка-22 (англ. Catch-22).

Благодаря сарказму, черному юмору, а также фарсу и гротеску, порой затмевающим даже «Похождения бравого солдата Швейка» Гашека, автор акцентирует внимание читателя на жестокости и абсурдности войны. Одновременно высмеивая идиотизм и корыстолюбие военной бюрократии. Оригинальный, комический и одновременно страшный по своей «военной» сути роман «Ловушка-22» недаром считается шедевром сатирической прозы и одним из лучших литературных произведений ХХ века.

Эдит Уортон. Эпоха невинности. – Х.: Фабула, 2016

Эта классическая история об «отцах и детях» – самый известный из романов выдающейся американской писательницы Эдит Уортон (1862-1937), который по праву считают шедевром – написана не в традиционно-патриархальном стиле, а во вполне оживленном, «живом», психологически напряженном формате, перекликающемся с современностью.

Во-первых, речь в этом произведении, переведенном Владимиром Верховенем, о засилье старых правил и привычек, когда исключительно ветхозаветные авторы могли вращаться в высшем свете. И если «в круге Ньюланда Арчера чувствовали глубокое уважение к литературе и искусству, и миссис Арчер неустанно повторяла детям, каким приятным и изящным было общество, когда в нем вращались такие знаменитости, как Вашингтон Ирвинг», то любые новые веяния здесь сталкивались со стеной снобизма. Потому представители тогдашней молодежи были «экстравагантными, ненадежными, никто толком не знал, что, собственно, они собой представляют».

Поэтому не удивительно, что главные герои – именно из того, новейшего покроя людей – неизбежно оказываются в конфликте со своим окружением и вынуждены делать нелегкий выбор. То есть считать ли им и далее, что «выдающиеся писатели того поколения были настоящими джентльменами, или оставаться изгоями, которые, возможно, и «испытывали чувства, свойственные джентльменам, но их происхождение и внешний вид не позволяли приложить к ним какие-либо мерки, общепринятые в старом Нью-Йорке».

Кстати, сама автор романа принадлежала именно к прогрессивной молодежи, и во время Первой мировой войны, бежав из Америки в Европу, работала журналисткой, почти постоянно находясь на линии фронта. В 1916 году правительство Франции наградило писательницу орденом Почетного легиона.

Анна К. Шевченко. Игра. – К.: Нора-друк, 2017

Провидение всегда было на стороне автора этого романа, изданного в этом году, но переведенного Владимиром Горбатьком еще в прошлом, 2016-м. И это не удивительно, если учесть, что Анна К. Шевченко, английская писательница украинского происхождения – специалист по конфликтологии, знает 7 иностранных языков, работала в 32 странах мира, а предыдущий ее роман «Наследство» (в Украине вышел в 2014 г.), опубликован в 12 странах, был номинирован на премию Джорджа Оруэлла в Великобритании.

Провидение, да еще и дар предвидения, стоит отметить также в случае ее самой «Игры», написанной в 2012 году, в которой автор предсказала трагические последствия аннексии Крыма и предлагает неожиданные решения крымской проблемы.

Но главное в этом романе-кроссворде, конечно, не это, а своеобразное перекрестное «опыление» судеб и жизней в истории четырех друзей, полвека назад закончивших школу. Тогда же они затеяли игру, доигрывать которую приходится уже в зрелом возрасте.

А если учесть, что ключ таится в исторической фотографии с Крымской конференции 1945 года, где три мировых лидера поделили мир и создали новую карту Европы после Второй мировой войны, то новые ставки будут гораздо выше. И уже один из героев романа, Тони, раскладывает на кровати геополитический пасьянс. «- Не имеет значения, который из этих трех протоколов понадобится для нашей игры, — объясняет он. — Все они, в общем, означают одно и то же: изменение контроля над территорией Крыма. И такое изменение может разозлить многих. Например, турков — они контролируют пролив Дарданеллы, ведущий из Черного моря в Средиземное. Разозлятся и контрабандисты, потому что они имеют в Одессе зону свободной торговли, которая, согласно договоренностям, будет действовать до 2025 года. Существует также военная проблема, проблема Черноморского флота...». И будьте уверены, что судьбы всех наших героев, зависящие от лиц на фотографии, еще не раз встретятся нам в этой «игровой» истории.

Николас Спаркс. Блокнот. – Х.: Виват, 2016

Что и говорить, рисовать картинку автор этого романа, переведенного Оксаной Постранской, умеет. А это же главное, чтобы у современного читателя сразу образ нарисовался, пейзаж сложился, ситуация выстроилась.

Поэтому представьте себе старика, который, как Клинт Иствуд в «Гран Торино», сидит у окна, затуманенного «дыханием почти потухшей жизни». Шарф, который связала дочь на его день рождения тридцать лет назад, не греет душу, ибо наш герой не может согреться со времен, «когда Джордж Буш был президентом», а медсестры за спиной в доме престарелых знай себе сплетничают.

И оговорка в начале повествования не зря – любые совпадения с реальной жизнью случайны, а имена, герои и событий – плод авторского воображения, потому что такое мало с кем может произойти. А именно – чтение старой записной книжки, возвращающей всем именам, героям и событиям неожиданную силу, творя из будней старика настоящее чудо, а из нашего чтения чужой судьбы - Книгу жизни прошлых поколений. Конечно, это о любви.

Понятное дело, что романтики назовут эту историю драмой, а циники - трагедией. Предвидя это, герой не жалуется, сознаю, что мог бы нам на потеху «наполнить жалобами и цирковой шатер», а пытается вернуться, да и нас вернуть к тому самому месту, но много лет назад. Когда шарфы еще грели, президентам верили, а созерцание мира с веранды в октябре 1946 года не было таким тоскливым и достойным ностальгической экранизации, как в случае с «записной книжкой» Николаса Спаркса.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X