Опыт побед. Как помочь ребенку преодолеть стресс и стать сильнее

30 июня, 00:50
Светлана Ройз: «Ребенку важно объяснять, что происходит с ним в момент стресса» (Фото:motortion/Depositphotos)

Светлана Ройз: «Ребенку важно объяснять, что происходит с ним в момент стресса» (Фото:motortion/Depositphotos)

Все, что дети умеют делать сами, становится их силой

Десять пунктов — то, что может помочь в посттравматическом росте ребенка. Даже то, что сейчас переживают наши дети, может стать ростом. Когда мы проживаем кризисы, нам естественно хочется закрыть, оградить ребенка от всего сложного и болезненного. Когда мы заботимся о детях — наши действия, продиктованные искренней любовью, могут оказывать поддержку, но не прибавлять сил. Сосредотачиваемся на силе:

Видео дня

1. Помогаем вернуться к обычной функциональности. Наша задача — помочь ребенку в нашем пространстве поддержки вернуться как минимум в то состояние, которое было до войны, до стресса. И после этого он пойдет в свой «индивидуальный прогресс».

Регресс закономерен, замирание, гиперактивность, появление страхов, или наоборот, состояние гиперконцентрации — закономерны. Когда мы видим, что через некоторое время ребенок вернулся к привычной капризности, истерикам, или к привычной мудрости и благоразумию, к привычным действиям, навыкам, реакциям, к привычным страхам или симптомам — это нормально. Это шаг назад, после которого последуют шаги вперед.

2. Каждый раз, когда мы помогаем ребенку (во все времена), мы можем себе задать вопрос: ребенок прямо сейчас становится сильнее или (неочевидно для нас) утверждается в своей беспомощности ? Когда-то я писала о том, что каждый раз мы тренируем мышцы силы или страха и беспомощности. Мы, (как всегда), не делаем за ребенка то, что он может сделать сам. Например, когда ребенок говорит: «Я не могу этого сделать», мы можем помочь сделать какую-то часть действия, но что-то обязательно оставляем за ним. Если мы уже в безопасности, можем спросить ребенка: «Что мы можем сделать сейчас, чтобы начать тренировать мышцы твоей силы? Хочешь, предложу».

Все, что ребенок умеет делать сам, становится его силой.

Нам сейчас очень важен опыт побед. Самооценка сегодня особенно уязвима — важно отмечать и поддерживать завершение каждого действия, вклад и результат (ребенка и свой).

3. Что бы ни происходило — фокусируемся на том, что ребенок (и мы) может сделать. Беспомощность, невозможность проконтролировать хоть что-то травматичны. Травма как раз и характеризуется полной беспомощностью.

Во время страшных событий и ситуаций мы обнимаем ребенка, поддерживаем, утешаем — но предлагаем действие. Обнимая ребенка, держа его на руках, мы можем предложить: «А можешь подержать бутылку воды? А посчитай, сколько шагов до выхода? А возьми за лапку своего мишку». И фиксируем это: отмечаем, напоминаем: «Ты справился, ты нашел выход, ты смог, ты позаботился. А помнишь, как ты справился?»

Во время стресса мы теряем чувство хронологии.

Это тот случай, когда в речи особенно важен акцент на глаголах — мы оставляем за ребенком возможность быть действенным: «Тебе было очень грустно, досадно, страшно, но ты поступил».

Еще раз алгоритм: что бы ни происходило — мы сопротивляемся — видим — различаем — называем — поддерживаем эмоции ребенка. И направляем к действиям: «Тебе сейчас страшно? Это действительно страшно (досадно, грустно). А ты можешь мне помочь (взять меня за руку, сдуть с меня ворсинку, подать воды)?»

4. Ребенку, даже малышам, сложно все время быть «объектом». Дети сопротивляются тому, что мы их переставляем, перевозим с места на место. Знакомый ребенок однажды сказал родным: «Я вам не вещь, которую можно просто переставлять». Когда мы теряем чувство контроля, стресс усиливается. Нам важно пытаться:

— предупреждать заранее: особенно важно давать возможность подготовиться к изменениям;

— сделать субъектом, а не объектом: привлечь к подготовке, планированию, сбору вещей, маршруту, держанию в руке карты, наблюдению за дорогой — что угодно, чтобы ребенок мог почувствовать, что он может на что-то влиять и контролировать.

5. Телесная осознанность. Ребенку важно объяснять, что происходит с его телом в момент стресса — это тоже вклад в его силу. Понимать происходящее уметь себе объяснить — это тоже взять под контроль.

Когда он сможет объяснить себе происходящее и понять, что с ним все в порядке, он сможет «оседлать» стресс. «Ты услышал сигнал тревоги и вспотел, у тебя сердцебиение стало громким и частым, у тебя стало частым и поверхностным дыхание, ты задрожал — это нормально. Так твое тело реагирует на стресс. Наш страх сейчас на страже нашей жизни. Ты здоров. С тобой все правильно и нормально. Твое тело заботится о том, чтобы ты был в безопасности. Оно дает тебе силы — убегать, помогать, действовать».

И когда ребенок уже находится в безопасности, напоминаем: «Ты в безопасности. Твое тело и разум твой справились. Сделай вдох и длинный выдох. Теперь твое тело может расслабиться и восстанавливаться. Этих навыков телесной осознанности не хватает и многим взрослым.

6. Близость. Наша лимбическая система в большей степени связана с темой близости (ощущение близости предоставляет большую безопасность). И именно лимбическая система сейчас гиперактивна. Проживая стресс и травматичный опыт, мы очень одиноки — и дети, и взрослые. А многие дети сейчас субъективно и объективно одиноки — долгое время, начиная с карантина, находясь без друзей, без привычных контактов. Детям важны дети. Мы при всем нашем огромном желании не сможем заменить друзей.

Сочувствие, возможность опереться и отдохнуть в нашем утешении, наше принятие, называние, помощь в регулировании эмоций тоже крайне важны. Сейчас для детей еще большее значение имеют наши «я с тобой», «я люблю тебя». К сожалению, они чаще будут обижаться на нас. И наша особая внимательность к близости и эмоциональной дистанции сейчас нормальна. Именно сейчас требования к объекту предпочтения, близости растут. Близость и надежность — то, что становится во все времена опорой, помогающей нам восстанавливаться и идти вперед.

Можно прямо спрашивать друг у друга: «А как ты чувствуешь, что я люблю тебя, что ты мне важен?» И напоминать о том, что мы любим и нас любят.

Важно стараться, чтобы ребенок продолжал или возобновлял контакт с другими детьми. Это вклад в их отношения и после войны.

7. Избегать обвинений. Ребенок, даже самый маленький, всегда чувствует ответственность за происходящее в семье. Взрослые знают о вине выжившего. А у детей она еще усиливается вполне естественным эгоцентричным восприятием жизни: «Все со мной связано. Все происходит для меня и из-за меня». Пожалуйста, объясняйте им происходящее. С акцентом на том, что мы, дети, близки не виноваты — виноваты враги. И нам важно не говорить «это все из-за тебя» или «я ради тебя, а ты…»

Наша взрослая ответственность, которую они часто берут на себя, становится весом, который может быть им уже не по силам.

8. Попробовать новое. Признак того, что ребенок восстанавливается — к нему возвращается любопытство. Желание изучить. Что в наших силах предложить для исследования в безопасной среде? Новое хобби, новые контакты, создание новых блюд?

9. Связь прошлого, настоящего и будущего. Во время стресса мы теряем чувство хронологии. Нам важно вспоминать прошлое, давать ребенку скучать по тому, к чему сейчас нет доступа, и одновременно продолжать в настоящем то, что было нашими традициями (простые привычки, ритуалы), наполнять доступными действиями настоящего и строить мост — надежды, мечты — в будущее. Для ребенка не ощутима линия времени, он в контакте с настоящим, но эта связность времен, которую он больше чувствует, чем понимает, дает ему сопротивление.

Мостик в будущее — задавать вопросы, себе и ребенку: «А что мы будем делать дальше?» И имеются в виду совсем маленькие действия (поем, почитаем, сделаем фигурку оригами, поспим, посмотрим мультфильм, помолчим). Нам сейчас очень важны глаголы — события.

10. Мы остаемся взрослыми рядом с детьми. Когда нам плохо, ребенком это переживается сложнее, чем когда плохо ему самому. Пожалуйста, позволяйте себе заботиться о себе. Просить о помощи, чувствовать близость друг с другом. Это вклад в стойкость ребенка.

И, конечно, если есть какие-либо острые состояния, с этим должны работать специалисты.

Каждому ребенку нужно свое время. Но они точно справятся. И мы им точно поможем.

Текст публикуется с разрешения автора

Оригинал

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди Н В

Больше блогов здесь

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X