Зона внимательности. С какими словами сейчас стоит быть осторожными

20 января, 21:13
Светлана Ройз: «Вопрос: „Ты как?“ — сейчас звучит наиболее корректно» (Фото:Wavebreakmedia/Depositphotos)

Светлана Ройз: «Вопрос: „Ты как?“ — сейчас звучит наиболее корректно» (Фото:Wavebreakmedia/Depositphotos)

Мы никогда не знаем, что станет случайным триггером для наших воспоминаний или реакций

О том, к чему мы должны быть сейчас особенно внимательны. Мы сегодня пересматривали мультфильм Монстры на каникулах, 4 часть. Там была сцена, где отель Трансильвания внезапно был разрушен. Граф Дракула стоял перед руинами своего замка, а кто-то из героев говорил ему: «Мы все обязательно отстроим». Я же, как нормальная, взрослая, сижу на даче, в относительной безопасности, понимаю, что смотрю мультфильм, пью чай с молоком. А в глазах слезы. Мы никогда не знаем, что станет случайным триггером для наших воспоминаний или реакций.

Видео дня

Давайте вместе подумаем, что для нас должно быть зоной внимательности:

— в работе с учителями я давно прошу быть осторожными с темами самолетов (у нас был опыт, когда я быстро вмешивалась: у девочки из Харькова началась паническая атака, когда учительница предложила сделать оригами — самолетик);

Именно сейчас время для заботы и опеки

— тема дома. С одной стороны, такая важная и терапевтическая. Но именно это слово, этот образ может стать сильным триггером. Как-то во время встреч с детьми я предлагала игровую практику, когда мы делали движение «чик-чирик, я в домике». И один из мальчиков, который потерял дом, расплакался и вышел из эфира. Потом с его мамой разговаривали. Знаю детей, которые не могут писать сочинения в школе на эту тему. Сейчас подхожу к этому очень осторожно через метафоры — улитку, укореняющиеся растения.

— недавно я готовила актеров, которые проводили праздник Николая для детей из «опасных регионов» и просила быть очень осторожными. И понимаю, что это наша всеобщая техника безопасности. Мы не спрашиваем ребенка: «Это твоя мама/папа? Где твоя мама/папа?» Мы можем заменить: «С кем ты пришел, кто из взрослых с тобой сейчас?»

— именно сейчас мы осторожны с сарказмом и вообще шутками. Если человек получил травматический опыт, он может воспринять нашу фразу не как шутку, а как проявление вербальной агрессии, как насмешку.

— если это не в терапевтическом процессе, мы не спрашиваем о недавнем прошлом. Если человек сам об этом не рассказывает — наш вопрос может спровоцировать сильную реакцию. Мы можем затрагивать сложные темы, не только во время войны, когда укоренены в настоящем, заземлены, стабилизированы.

— человек, подвергшийся травматизации, в играх, в практиках не закрывает глаза. Ему нужно все контролировать. И в работе мы просим: «Если вам комфортно, вы можете работать с закрытыми или открытыми глазами». Пожалуйста, не заставляйте закрывать глаза, особенно детей (я же сейчас не о сне, а об активностях днем).

— часто детям и взрослым предлагают, чтобы стабилизироваться, глубоко дышать. Корректнее просить дышать, как будет сейчас удобно. Потому что именно глубокое дыхание может спровоцировать доступ к более глубоким переживаниям (а в работе для нас маркер: когда человек делает глубокий вдох, я фиксирую всегда, на каких словах, в какой именно теме).

poster
Дайджест главных новостей
Бесплатная email-рассылка только лучших материалов от редакторов NV
Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

— мы не спрашиваем, когда человек рассказывает нам о травматическом опыте: «А чего именно ты это сделал? Почему ты этого не сделал? Как ты мог?» — это может спровоцировать или усилить чувство вины.

— сейчас даже не рекомендовано (не в терапевтическом процессе) спрашивать об эмоциях. Мы осторожно затрагиваем все, что касается лимбической системы, и наш вопрос: «Ты как?» — сейчас звучит наиболее корректно. Если уже нужно перейти к эмоциям, мы начинаем с тела: «Что ты испытываешь в теле, ты как?» Я на семинарах прошу свое состояние показать жестом.

— обо всех громких звуках (о которых мы знаем) важно предупреждать — свист чайника, звук стиральной машины, грохот генератора.

— когда мы хотим к кому-то прикоснуться, подойти поближе, или рассчитываем, что кто-то поймает то, что мы бросаем — об этом важно предупредить. И вообще спрашивать разрешения на прикосновения.

— если мы вдруг используем спецэффекты — дым, блестки, бенгальские огни, что-то похожее на конфетти, об этом обязательно важно предупреждать (ух, недавно была сложная ситуация: на детском празднике использовали дым-машину и красную подсветку, а там был мальчик, спасшийся из города, который был под обстрелами. У него была страшная реакция).

— мы не спрашиваем детей, если они сами не рассказывают, о домашних любимцах. Многие потеряли друзей.

— в популярной практике «коллаж семьи» особенно сейчас важно быть осторожными (а в терапевтическом процессе эта практика может быть важной).

— не стоит спрашивать сейчас о планах на будущее.

О словах «все будет хорошо; время лечит; я понимаю, как тебе; у кого-то еще сложнее; нельзя себе давать слабинку» уже многое написано. Это фразы, которые не воспринимаются как поддержка.

Мы исцеляемся друг о друга. И именно сейчас время для заботы и опеки.

Текст публикуется с разрешения автора

Оригинал

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди NV

Больше блогов здесь

Показать ещё новости
Радіо NV
X