От Киева до Цейлона: 5 "экзотических" книг апреля. Блог писателя

15 апреля 2017, 13:21
В довольно пресной повседневности нынешней литературы всегда существовали лакуны, радовавшие глаз читателя неподдельной экзотикой

Обычно это или колониальные приключения, или причудливые истории в необычных декорациях, или подзабытая мировая классика, неожиданно получившая украинские корни.

Дайна Джефферис. Жена чайного плантатора. – Х.: Фабула, 2017

Видео дня

Публикация этого романа вполне актуальна, ведь колониальная тема, как никогда, становится актуальной.

В 1925 году героиня романа попадает на Цейлон, куда уехал на работу ее муж. Интересно, что примерно в то же время из тех экзотических краев вернулась украинская художница Зинаида Серебрякова, привезя целую выставку местных образов, пейзажей, жанровых сценок. В «Жене чайного плантатора» экзотики там же не хватает. Тамошние типажи, ситуации и жизненные правила дальнего края автор романа описывает детально, с любовью и знанием дела.

Впрочем, не только быт – сложный, хлопотный, хоть и обрамлен живописными пейзажами и интерьерами, – привел к отчуждению и моральной катастрофе героев произведения. Природа экзотического острова еще в самом начале словно предупреждала героиню о сложности «колониальной» любви - чувства от увиденного были контрастные. Итак, сначала «над затянутым мерцающей дымкой городом нависало кобальтовое небо, вдали опирающееся на темно-красные холмы, все утопало в тени многочисленных деревьев, а воздух полнился криками чаек, выписывавших круги над сотнями лодок, толпившихся в гавани». А уже потом, по мере развертывания сюжета, слышался «запах канализации, который уже давно перевесил благовония цинамона, и смешался с другими портовыми запахами: мазута, воловьего навоза и дохлой рыбы».

Символизм, глубокий психологизм и яркие характеры романа недаром вывели его в список мировых бестселлеров сразу после выхода.

Г. Риггз, К. Джин. Дом странных детей. – Х.: Клуб Семейного Досуга, 2017

Если помните, эта история, опубликованная известным писателем, начиналась со старинных фотографий. Позже она перенеслась на киноэкраны, а уже сегодня ее издали в виде замечательного графического романа.

По сюжету, шестнадцатилетний Джейкоб с детства привык к рассказам своего деда о его юности на далеком Уэльском острове, в приюте для странных детей. Привык к рассказам о чудовищах с тройными языками, о невидимом мальчике, о летающей девочке и другим загадочным причудам. Единственным побочным эффектом этих выдумок были ночные кошмары, мучившие подростка. Но однажды кошмар ворвался в реальную жизнь, убив деда уже наяву. Таким образом, «Дом странных детей», внезапно ставший всемирным бестселлером, - это необычная смесь подросткового фэнтези и старинных фотографий, которая завораживает читателя.

poster
Дайджест главных новостей
Бесплатная email-рассылка только лучших материалов от редакторов NV
Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

Для тех, кто действительно любит динамичные сюжеты и фантастические коллизии, автор романа предложил еще и графическую версию своего произведения. Увлекательные рисунки-комиксы расскажут нам историю юного Джейкоба Портмана, однажды увидевшего, как оживают рассказанные его дедом истории. На этот раз, в книжке с картинками, они не очень похожи на чудесную сказку о необычных детях и их покровительнице и защитнице мисс Сапсан. К тому же у деда главного героя был особый дар видеть чудовищ, что удалось отразить художнику, и только от этого дара долгое время, вплоть до трагического конца, зависело их спасение.

Как бы то ни было, но сначала надо разгадать загадку деда и найти на далеком острове этот самый Дом странных детей. Согласимся, двигаясь по истории в рисунках, сделать это будет гораздо интереснее.

Салман Рушди. Два года, восемь месяцев и двадцать восемь ночей. – Л.: Издательство Старого Льва, 2017

Новый роман лауреата Международного Букера – это не магический реализм, с которым сравнивали предыдущие книги Рушди, а истинная магия. Длинная и добрая сказка, за странным названием которой скрыта «1000 и одна ночь» - одновременно и искусная стилизация-соревнование с Шахерезадой, и литературная пародия.

По сюжету, известный философ, в которого влюбилась принцесса джиннов, подарив ему кучу потомков, отрекается от своей семьи. Таким образом, мир заполоняют дети, в чьих жилах течет кровь людей и джиннов. И только через несколько поколений принцесса возвращается к умершему мужу, даря ему новую жизнь, и давний спор героя с заклятым врагом, известным мистиком, продолжается. Спорят обычно относительно Бога и людей, которых он создал, и которые всегда не против постичь «божественное» в своей жизни.

Роман индийского британца не похож ни на одну из его предыдущих книг. В этой компактной истории, содержащей в себе множество сюжетов, отсутствуют привычные для Рушди чиновники – президенты, диктаторы, пророки. «Не обязательно все романы писать об известных политических деятелях, – убежден писатель. - Я никогда не сомневался в могуществе литературы, хотя и стараюсь не приписывать ей слишком много. Однако, с моей точки зрения, нам сейчас, как никогда, необходимо искусство вымысла: нужно ясно представлять, что ты живешь и работаешь в свободном пространстве - только так можно отстоять возможность быть собой».

Kazimir Malevych. Kyiv period 1928-30. – К.: Родословная, 2017

Долгое время имя Казимира Малевича ассоциировалось исключительно с русским авангардом, и издание этой книги, да еще и переводной, – своеобразное напоминание о национальных корнях искусства этого неоднозначного художника. Ученик Пимоненко и Мурашко, друг Хлебникова и Хармса, уроженец Киева и основатель одиозного Исследовательского кабинета в родном городе, Малевич всегда подчеркивал, что его мировоззрение сформировало украинское народное искусство. Более полувека неизвестные тексты и документы Малевича, касающиеся периода его преподавательской деятельности 1929-1930 годов в «украинском Баухаузе», как называли в то время Киевский художественный институт, хранились в частном архиве. В только что изданной на английском сборник вошли письма, статьи в украинских футуристических изданиях типа «Новой генерации» и прочая документальная фактография, из которой мы узнаем о киевских проектах художника.

Орхан Памук. Вычурность моих мыслей. – Х.: Фолио, 2017

Новая книга Памука – это целая энциклопедия турецкой жизни за сорок лет, начиная от 1970-х и до наших дней. В свое время Джойс надеялся: если его родной Дублин разрушат, город можно будет восстановить по «Улиссу». То же самое с подробной топографией Стамбула в романе современного турецкого классика, а также его повседневной жизнью на улицах и площадях. Первые видеосалоны, магазины и ларьки, базарные законы и жизненное расписание разносчиков пищи - обо всем этом рассказывает главный герой, ночной торговец. А пестрый водоворот жизни в этой книге – семейные кланы, занимающие целые улицы, – заставил автора даже составить дерево родословной в начале романа.

Но главное, конечно, - упомянутый герой, нищий, зависящий от соседей, и от полиции, и от ночных грабителей. И прокричать о своих бедах и печали он может только ночью, на пустынных улицах города. «В двенадцать лет он приехал в Стамбул и всю жизнь прожил только там, в столице мира, - начинает его историю автор. - В двадцать пять лет он украл в своем селе одну девушку; это был очень странный поступок, который определил всю его жизнь. Он вернулся в Стамбул, женился, у него родились две дочери. Он постоянно работал на разных работах, торгуя то йогуртом, то мороженым, то пловом, то служа официантом. Но он никогда не переставал вечерам торговать бузой на улицах Стамбула и придумывать странные мысли».

Кстати, буза – традиционный напиток со слабым, как в кефире, содержанием алкоголя, – символы старого мира. Когда алкоголь в Турции был запрещен, и на улицах торговали только бузой, а теперь, когда спиртное фактически разрешено, ее никто не покупает. Но именно в торговле этим древним напитком заключается жизнь героя, который заботится о традиции и хранит память старого города. Даже если для окружающих он «что-то такое из далекого прошлого, мода на которое давно прошла».

Больше блогов здесь

Показать ещё новости
Радіо NV
X