Корень зла. Почему приятно видеть, как кто-то терпит неудачу

17 января 2019, 23:03

Психологи рассказали, что лежит в основе злорадства

В анимационном фильме Pixar Головоломка большая часть событий разворачивается в голове главной героини Райли, где пять эмоций — радость, печаль, страх, отвращение и гнев — руководят ее поведением. Фильм получил хвалебные обзоры. Но режиссер Пит Доктер позже признался, что всегда сожалел о том, что еще одна эмоция не прошла отбор: Schadenfreude.

Видео дня

Schadenfreude, что буквально переводится с немецкого языка как «радость от вреда», является тем особым удовольствием, которое людям приносят несчастья других. Вы можете ощутить его, когда рушится карьера знаменитостей, когда за решеткой оказывается особенно неприятный преступник или когда терпит поражение спортивная команда соперников.

Психологи долго бились над тем, чтобы понять, объяснить и изучить эту эмоцию: она возникает в таком широком диапазоне ситуаций, что кажется почти невозможным найти для нее какую-то единую основу. Но это как раз то, что я и мои коллеги попытались сделать.

Многоликое злорадство

Те, кто исследуют злорадство, неизменно сталкиваются с одной проблемой: у него нет общепринятого толкования.

Некоторые считают, что лучше всего изучать эту эмоцию в контексте социального сравнения, и потому склонны сосредотачиваться на том, как зависть или негодование взаимодействуют со злорадством. Другие рассматривают эту эмоцию сквозь призму правосудия, справедливости и того, заслужил ли страдалец свое несчастье. Наконец, последние полагают, что злорадство возникает из межгрупповой динамики — и члены одной группы получают радость от страданий тех, кто в эту группу не входит.

На наш взгляд, различные определения указывают на многочисленные стороны злорадства, каждая из которых может иметь различное происхождение.

Расцвет злорадства

Возможно, создатели мультфильма Головоломка, оставляя за бортом злорадство, думали, что детям будет трудно уловить суть этой эмоции. Однако есть свидетельства того, что дети начинают испытывать злорадство еще в раннем возрасте.

Например, четырехлетки считают чью-то неудачу — допустим, неожиданное падение в грязную лужу — особенно забавной, если этот человек ранее как-то навредил другим детям, например, сломал их игрушки.

Исследователи также выяснили, что двухлетние малыши, поначалу завидовавшие своим ровесникам, приходят в восторг, когда эти сверстники попадают в неприятности.

Дети начинают испытывать злорадство еще в раннем возрасте

А к семи годам ребенок чувствует большее удовлетворение от победы в игре, если его соперник при этом проиграл, нежели когда они оба выиграли.

Наконец, в рамках исследования, проведенного в 2013 году, ученые предоставили девятимесячным младенцам наблюдать, как куклы взаимодействуют друг с другом. Одни куклы «наслаждались» теми же видами пищи, что и младенцы, у других вкусы отличались. Но когда одни куклы стали «обижать» других, выяснилось, что младенцы скорее предпочтут, чтобы страдали те, которые не разделяют их вкусов, нежели куклы, которым нравится та же еда, что и детям.

Сводя воедино

В совокупности эти исследования доказывают: злорадство — сложная эмоция, которая, кажется, глубоко укоренилась в человеческой природе.

Психологи Скотт Лилиенфельд, Филипп Рош и я задались вопросом, можно ли свести множество аспектов злорадства к единому знаменателю.

И в конце концов мы сошлись на том, чтобы рассматривать злорадство как одну из форм дегуманизации — изображения и рассмотрения другого человека как кого-то, кто человеком не является.

Когда большинство людей слышат термин «дегуманизация», то, скорее всего, представляют себе наихудший сценарий: полное отрицание чьей-либо человечности, ассоциирующееся с застенками, войнами и расистской пропагандой.

Но это заблуждение. Психологи продемонстрировали, что многие, считая людьми представителей той группы, к которой сами принадлежат, вместе с тем — неявным путем — отрицают полноту человечности тех, кто находится вне их группы.

В нашем обзоре мы выдвинули гипотезу о том, что чем большее сочувствие один человек испытывает к другому человеку, тем меньше вероятность того, что первый ощутит злорадство, когда второй будет страдать.

Для того чтобы испытать злорадство по отношению к кому-то — будь то соперник, чужак или преступник — его необходимо незаметно дегуманизировать. Только тогда несчастье страдальца принесет удовлетворение.

(…)

Связь между злорадством и дегуманизацией может показаться сомнительной, особенно потому, что злорадство — столь универсальная эмоция. Но дегуманизация происходит чаще, чем многие хотели бы думать, — и мы считаем, что именно она стоит за тем острым удовольствием, которое вы получаете, видя, что кто-то терпит неудачу.

Перевод НВ

Новое Время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок The Conversation. Републикация полной версии текста запрещена.

Оригинал опубликован на The Conversation

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени

Больше блогов здесь

The Conversation

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X