Домашнее насилие: Как это происходит в США. Блог Наталки Писни

11 декабря 2016, 16:53
В Соединенных Штатах до сих пор бьют женщин и детей. Статистика весьма печальна: жертвами домашнего насилия ежеминутно становятся 20 американцев

И здесь надо расшифровывать понятие: что такое домашнее насилие. В Америке в свое время выделили так называемый круг действий, которые считаются насилием: эмоциональное насилие. Это, например, постоянные шпильки: “Ты толстая”, “ты слишком худая”, “ты - ничтожный бухгалтер”, “почему я должен прислушиваться к твоей примитивной философии”; экономическое насилие: “Я сейчас закрою наш совместный счет”, “ты будешь отчитываться мне о каждом потраченном центе”, “я не буду ремонтировать твою машину”, “ты слишком много ешь”; психологическое насилие: “Позвоню в полицию и скажу, что ты меня бил, ты же знаешь мои связи”, “еще слово - я уйду”, “я заберу с собой детей и сделаю так, что ты их никогда не увидишь”; интимное надругательство; физическое насилие: растянутая одежда, разбитые очки, щипки, затрещины, пощечины, порезы и простреленные конечности.

Видео дня

Моя коллега Елена переехала в Вашингтон по визе невесты год назад. Она родом из маленького белорусского городка, работала в Минске, а затем в Киеве на одном из телеканалов. Будущего мужа, Теда, встретила в церкви. Елена протестантка и заезжие проповедники в их церкви – дело привычное. Они встречались больше года – в основном в Skype, пока Тед не сделал ей предложение.

Он – бывший военный, с боевым опытом, двумя бывшими женами и девушкой, которая в свое время наложила на себя руки. Собственно, после ее смерти Тед уверовал и стал проповедовать. Елена растила дочку, охотно волонтерила на Майдане и для фронта. Высокий, добрый и улыбающийся Тед показался ей лучшим мужчиной на свете, к тому же он был той самой веры. Впервые он ударил ее за неделю до свадьбы уже в Америке. Она обвиняла себя: довела его до ручки, сама виновата, надо простить: это решение. Он обещал, что этого никогда не случится снова и грешил на старое посттравматическое расстройство. Второй раз это случилось через месяц после свадьбы, она списала на стресс и депрессию: ее муж потерял работу.

Они переживали классическую схему: ссора, драка, извинения, подхалимство, извинения, оправдания, новое обострение.

Приюты для жертв домашнего насилия, бесплатная юридическая поддержка – довольно распространенная история в Америке

Я увидела ее с синяками на руках и зеленым глазом, старательно изрисованным корректором в начале мая. Собственно, кроме меня эти краски видели все окружающие, незнакомая женщина из-за соседнего столика неожиданно поднялась, чтобы обнять Елену. И заплакала. Женщина протянула ей платок и сказала: "Ты должна от него уйти. Немедленно. Ты ни в чем не виновата, какой бы не была ссора, никто не имеет права тебя бить". Следующие два часа мы смотрели на адреса приютов, пили кофе, она рассказывала мне о своих перипетиях, не без иронии, с самоосуждением: "Сама виновата", "Почему я это терплю".

Приюты для жертв домашнего насилия, бесплатная юридическая поддержка – довольно распространенная история в Америке. Никаких доказательств не нужно – только постучи в дверь или позвони на горячую линию. Если нет готовности пойти, есть общественные группы поддержки, где женщины и мужчины делятся опытом, учатся говорить о насилии и наконец понимают: они не одиноки, есть не только выход и легальная защита, но и понимание, что они не виноваты.

В тот вечер Елена так и не ушла от мужа. А на следующий день они всей семьей пошли вместе в супермаркет – ее дочь была не в настроении, капризничала и хотела смотреть на лобстеров в аквариуме больше, чем ходить рядами с кофе и крупами вместе с мамой и отчимом. Муж Елены хлопнул 5-летнюю Катю по губам и жизнь в супермаркете стала напоминать детскую игру “Морская фигура, замри!”. Все без исключения посетители, продавцы и грузчики уставились на Теда и как по команде полезли в телефоны. Полиция в тот день получила 17 вызовов по поводу одного и того же инцидента: насилие над ребенком. К счастью Кати и Елены, девочку ударили публично, были свидетели, Теда занесли в специальный список обидчиков и на год судебным решением запретили приближаться к падчерице и жене. Правда, на развод Елена так и не подала.

То насилие, которое творится дома – намного страшнее, хотя соседские доносы о спасении никто никогда не отменял. В свое время я лично вызывала полицию из-за двухчасового ночного плача 7-летнего ребенка за стенкой. И мне не стыдно: мальчика выпороли и оставили осознавать свою вину в одиночестве.

Сын пришел в школу с синяком на руке после забега по лесу с соседскими детьми – его отправили к школьному психологу, который разными способами расспрашивал, все ли в порядке дома, обижает ли его кто-то из родителей, наказывали ли его за непослушание. Он пришел домой и сказал: "Странные люди, думают, что меня дома бьют". Классный руководитель Ромы отправил мне письмо: "Приветствую, надеюсь Рома рассказал о своем посещении психолога сегодня днем. Искренне прошу прощения за то, что перестраховался и отправил его на консультацию. Мы заботимся о наших детях, меня напугал его синяк, и я хотел убедиться, что над мальчиком не было надругательства. Еще раз прошу прощения".

Американские новости несмотря на это полны историй о бабушках и их бойфрендах, которые ездили за рулем под крэком с ребенком на заднем сидении. О мамах, которые оставили ребенка в кустах замерзать и пошли за новой дозой. О папах, которые заперли ребенка в машине при сорокаградусной жаре на несколько часов. Несмотря на это, дети здесь ценность – за выжившими после жестокого обращения дома и появления в новостях, стоит длиннющая очередь семей. Детей забирают временно, на несколько месяцев, а если судебное предписание позволяет – усыновляют. Здесь любят, когда клубок детей катается по дому, смеется, пищит, капризничает и оставляет после себя беспорядок.

Подруга нашей семьи работает в специальной службе, основная работа которой – забирать детей в приюты. По служебному предписанию и закону штата Мэриленд, где она работает, ребенок может отправиться в приют, если ему меньше 10 лет и он остается дома один в течении несколько часов.

Возраст самостоятельных походов со школы домой и или просто сидения без взрослых в доме варьируется от штата к штату, в некоторых может достигать 14 лет. Стоимость бебиситтера немаленькая – $15-20 долларов в час, но это дешевле тюрьмы, обязательных психологов и проверок. Тем более, будущих отношений с собственным ребенком.

Битым и морально искалеченным мужчинам и женщинам гораздо труднее – их рядом с обидчикам годами держат чувство вины, кредиты, жилье, общие дети, кое-где легализация в стране, умноженные на экономическое, эмоциональное, психологическое насилие.
Марк, мой друг-полицейский в отставке говорит: ездил на подобные вызовы несколько раз едва ли не каждую ночь. По законам штата Нью-Джерси, он должен был арестовывать того из супругов или гражданской пары, кто первым пожаловался. Дальше – дело суда. Мы говорили с ним об истории, которая летом облетела новости: женщина пожаловалась в суд на домашнее насилие со стороны бойфренда, который от нее ушел, и заявила в судебном иске, что хочет почти миллионную компенсацию. Тот принес в суд запись с домашней камеры наблюдения: истица сидит на диване, кричит сама на себя и бьет по лицу. В своем встречном судебном иске против бывшей любовницы ее бойфренд заявил, что та украла драгоценности на несколько миллионов.

Марк посмеялся и сказал: человек, который долгое время прощает обидчика, очень быстро превращается в перманентную жертву. Скорее всего, следующие ее отношения будут такими же, потому что подсознательно будет искать себе палача. Если бы меня кто-то ударил дома, я бы не бил в ответ. Просто убрался и ушел. Немедленно. Тяготение к насилию не лечится. Это навсегда.

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X