Неприятная эмоция. Почему стыдиться не стыдно

30 августа 2021, 20:43

Наиболее брутальный способ не встречаться с собственным стыдом — перемещение фокуса внимания на другого человека, того, кто «отличается», «не соответствует»

Сформулировалось сегодня новое описание такой неприятной, на первый взгляд, эмоции, как стыд. Обычно стыд рассматривается как социальное чувство, которое связано с соблюдением социальных норм и отвержением того, кто эти нормы как-то нарушил. В процессе формирования стыда у человека можно считать точкой отсчета страх младенца перед незнакомцами и активное предпочтение близких, ухаживающих за ним людей всем прочим. Наиболее активно проявляется это поведение в период от 6 до 12 месяцев. То есть ребенок сам активно отвергает тех, кто ему не слишком знаком. Потом это принимает форму застенчивости — одновременно и интереса к другому, и нежелание проявлять этот интерес открыто. Как пример, дети от года до трех лет, которые прячутся за маму, при этом наблюдая за поведением гостей, или малыши, которые смущаются вступать во взаимодействие с другими интересными им людьми.

Видео дня

С трех лет можно говорить об «ожидании стыда» — обычно взрослые уже предъявляют требования соответствовать каким-то социальным нормам для детей «не младенческого» возраста. И не всех детей обязательно сильно стыдить или наказывать, чтобы у них появился стыд. Некоторые дети уже отсутствие похвалы и поддержки могут воспринимать как отрицательную обратную связь.

Желание получать одобрение довольно сильно развито у всех детей. Отсутствие этого одобрения для чувствительных малышей может быть не менее болезненным, чем постоянная критика. В то же время, дети получают определенные сведения о мире и о себе, в связи с которыми начинают оценивать еще и свое соответствие или несоответствие не только внешним ожиданиям, но и внутреннему образу себя. «Я в этой шапке в садик не пойду, я в ней как дурак» — не обязательно является следствием того, что кто-то другой нашел эту шапку неподобающей. Просто ребенок видит себя-идеального в другой шапке. Вырастая, мы этот идеальный образ дополняем, шлифуем и вот у нас уже не только стыд перед обществом, если мы не соответствуем его нормам, но и стыд перед собой за несоответствие своему идеальному образу.

Стыд, разделенный с другими людьми, способен объединять

Часто в популярных статьях из разряда «помоги себе сам» можно встретиться с демонизацией стыда. Его часто называют и разрушительным, и токсичным, и назначают главной движущей силой для развития нарциссизма. Но в чувстве стыда как таковом нет ничего плохого. Однако как в истории отдельного человека, так и в истории человечества бывают периоды, когда стыдно становится… испытывать стыд. Мы можем заметить этот «стыд стыда» у подростков, которые часто ведут себя как будто нарочито бесстыдно.

— У тебя, что совсем нет совести?!

— Нет.

Героями подростков могут стать бесстрашные и бесстыдные социопаты из литературы или кино. Есть что-то сверх-человеческое в том, чтобы добиваться своих целей, не считаясь с чувствами окружающих, и не испытывать по этому поводу ни сожалений, ни стыда. Довольно часто такие герои становятся «героями эпохи» и у взрослого населения. И идеология «сверхчеловека» становится ведущей на какой-то мрачный исторический период.

Впрочем, есть еще и другой способ не ощущать стыд — действительно пытаться быть сверхчеловеком без страха и упрека. То есть стараться выстраивать свою жизнь таким образом, чтобы никогда не сталкиваться со стыдом. И тоже подростки уже способны с этой задачей справиться. Можно изучать учебники и гору дополнительной литературы настолько скрупулезно, чтобы никто и никогда не уличил тебя в ошибке. Юный мозг способен впитать много информации и блестяще решать головоломные задачи, чтобы демонстрировать непогрешимость в какой-то отдельной области (или нескольких). Что же делать с остальными вызовами жизни, где все непредсказуемо и неопределенно, где мозг не справляется, чувства только мешают мозгу, а учебники еще не написаны? Игнорировать. Избегать риска. Не играть на чужом поле, чтобы не проигрывать. И у человечества бывали такие эпохи ведущей доктрины с задачей игнорировать (или высмеивать) любые альтернативные взгляды, способные подорвать авторитет и догмы.

Наиболее же брутальным способом не встречаться с собственным стыдом является перемещение фокуса внимания на другого человека, того, кто «отличается», «не соответствует». К насмешкам, стыжению, буллингу прибегают не только неблагополучные подростки, как естественно было бы предположить, но и взрослые, интеллектуальные люди из изысканных сообществ. Причина все та же — ужас перед собственным стыдом.

Итак, стадии формирования стыда можно представить во времени таким образом:

1. Тревога перед незнакомцами (существует кто-то, кто не я, и это опасно)

2. Смущение (тот, кто не я, не только опасен, но и интересен)

3. Желание понравиться (интерес начал перевешивать смущение)

4. Страх отвержения (контакт с другими поддерживает ощущение «я хороший», разрыв контакта — «я плохой»)

5. Стыд социальный («что обо мне подумают люди?»)

6. Стыд экзистенциальный («насколько я далек от своих идеалов?»)

7. Страх стыда и его последствия (игнорирование собственных чувств или избегание ситуаций, сулящих встречу с собственным стыдом, молчаливое или открытое стыжение других)

Часто в психотерапии работа со стыдом начинается с легитимизации стыда. То есть с антитезы пункту семь. Но стыд бывает настолько неприятным переживанием, что мало кто рискнет ощутить его в полную силу. И тогда можно начинать «разрешать себе чувствовать» прямо с самого начала списка. С того, что не стыдно бояться незнакомцев. Даже если мы уже взрослые. С того, что смущение — это в меньшей степени страх и в большей степени интерес. Что желание понравиться — это очень человеческое и очень про-социальное желание. С этого желания начинались многие прекрасные поступки, были написаны великие картины, построены мосты и спасены народы.

Разумеется, достижения — это не только желание понравиться, но и сочетание ума, таланта и трудолюбия. Но желание быть замеченным другими в позитивном свете может играть значительную роль. Мы говорим о том, что страх отвержения настолько силен у людей, что мы ощущаем его с той же интенсивностью, что и физическую боль (кажется, даже одними и теми же участками мозга). И что социальный стыд помогает нам соблюдать правила дорожного движения и не воровать, когда никто не видит, даже без взвода полицейских, приставленных к каждому человеку. Экзистенциальный стыд весьма неприятен тем, что личностный рост неизбежно приводит к инфляции идеала. Идеал тоже раздувается, и мы никогда за ним не поспеваем. Но зато, если смотреть не только наверх, но и под ноги, можно заметить целую череду собственных «идеалов», которые мы уже переросли. И это значит, что мы умеем развиваться. Может быть, это можно просто делать внимательнее и бережнее к себе.

И однажды случается чудо, которое вовсе не воспринимается как таковое. Однажды позволяешь себе риск и новизну в поведении, отношениях или образе и ловишь себя на переживании стыда, забытого желания провалиться под землю. Однако переживание не тотально и всепоглощающе, оно уже связано с любопытством к себе и другим, немного страхом, но все же и надеждой, что проваливаться под землю необязательно. А еще оказывается, что стыд больше похож на смущение. И то, что вызывает у меня при самораскрытии смущение, у другого может вызывать интерес. И там, где я себя привычно отвергаю, другие меня готовы понять и принять. И даже выясняется, что у кого-то из окружающих переживание устроено похожим образом. А может случиться открытие, что старые правила «как правильно» больше не работают. И в данном сообществе можно расслабиться, тут все свои. Ну, не до конца расслабиться, конечно, не настолько «все свои», но галстук чуть-чуть на шее ослабить.

А дальше случается парадоксальная, казалось бы, вещь. Толерантность к переживанию чувства стыда растет. Стыд становится не испепеляющим и не убивающим. Умирать от него уже не обязательно. Хотя ничего приятного в этом чувстве так и нет, поводов для стыда становится меньше. Тут бы и начать проявлять психопатическое поведение — долой альтруизм, да здравствует социал-дарвинизм! Но если стыд был принят, увиден и поддержан, как эмоция, то связь с другими людьми перестает разрываться в момент переживания стыда. Наоборот, стыд, разделенный с другими людьми, способен объединять. Если больше не нужно быть сверх-человеком, то можно быть просто человеком, который совершает ошибки, испытывает стыд и регулирует свои поступки не так, чтобы избегать стыда или стыдить других, а так, чтобы другим людям (которые тоже не «сверх-») было не слишком мучительно больно. Ведь когда «свои» неидеальны, они и не воспринимаются арбитрами или эталонами, поэтому социальной тревоги становится меньше. А желания понравиться «своим» и интереса и любопытства к «еще-не-своим» — больше. Стыд становится силой объединяющей. И эта интегрирующая функция стыда, как мне кажется, тоже важна для понимания того, кто такие люди и какими мы хотим быть.

Текст публикуется с разрешения автора

Оригинал

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения НВ

Больше блогов здесь

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X