Вурдалаки, голая натурщица и Махно в Галичине. Пять книг, в которых рассказывают удивительные истории

10 октября 2020, 16:15

Удивляет в этих книгах даже не то, как неизвестные факты с легкостью вписываются в общую историю, а то, что все они могут стать популярным чтивом.

Интимный дневник и медицинская тайна, литературные кулуары и будни эмигранта. Именно об этом в «осенних» книгах этого обзора, удивление от которого вам гарантировано не меньшее, чем наслаждение от текста.

Видео дня

НВ
Фото: НВ

Приятного чтения!


Ґевін Френсіс. Метаморфози. Нотатки лікаря про медицину та зміни людського тіла. — Х.: Клуб Сімейного Дозвілля, 2020

Клуб Семейного Досуга
Фото: Клуб Семейного Досуга

Описывая случаи из своей жизни врача, рассказывая иногда фантастические истории из собственной медицинской практики, размышляя над причинами удивительных болезней, автор этой актуальной книги каждый раз обращается к древним мифам. Почему постоянно меняется человеческое тело? Какое объяснение имеет мода на татуировки, бодибилдинг, анорексию? Откуда берутся вурдалаки в реальной жизни? Зачем есть свое тело, блуждать лунатиком по крыше, выращивать рог на лбу? Как наука связана с мифологией, и почему античность объясняла любые изменения в теле человека наказанием богов, а сегодня девушка, которая беременеет несмотря на контрацепцию, и человек с ростом Гулливера вызывает только любопытство ученых.

Ольга Ольхова. Русла зап’ясть. — К.: Саміт-книга, 2020

Саміт-книга
Фото: Саміт-книга

Этот сборник стихов — настоящая интрига в сегодняшней литературе, где форма не всегда совпадает с содержанием, а за случайное сходство героев с реальными персонажами надо извиняться. Зато в этом случае это очень «телесная», интимная, откровенная книга, с продвижением вглубь которой доверие к авторскому миру нарастает, будучи темпорированной в самом тексте родинками, которые, отделяя разделы, так же количественно увеличиваются. «Родинки — объясняет автор в одном из интервью, — это с одной стороны метафора родовой памяти, истории („проступають на тілі мІста його і мої родимки“), а с другой тот же телесный намек на обнаженность, ведь родинки обычно можно увидеть только на открытых частях тела».

Итак, изысканно пока все — от текстов, поэтической графики, формата арт-бука, оформление черно-белыми фото, а также обнаженная натурщица — автор? лирическая героиня? — не иллюстрирует, а дополняет тексты. Так называемая музыка сфер у поэтессы — почти на каждом шагу в ее родном городе, где собралось прошлое с будущим, а настоящее раздается настоящей симфонией. «Високе „ля“ з гілЛЯки, що над лавою, / глибоке „до“ вже підняте з землі, — / ця яблуня з містичною поставою, / як диригент в софітовій імлі». В сравнение просятся и графическая изысканность сборника Алкоголи Аполлинера и символика Лебедя Малларме, и Сад нетающих скульптур Лины Костенко, и Баллады будней Ивана Драча. А все потому, что привычную геополитику здесь заменено на геопоэтику, когда каждый из наших краев шумит не количественно, а качественно, и теперь голос автора — это и отличная визитная карточка луцкого топоса, и современное звучание традиции.

Андрій Любка. Малий український роман. — Чернівці: Меридіан Черновіц, 2020

Меридиан Черновиц
Фото: Меридиан Черновиц

Упомянутая случайность сходства героев на реальных персонажей, о которой шла речь выше, в новом романе этого автора играет как раз на пользу книжке. Ведь это современное чтиво, соответствующее нашему настоящему, где премиям не рады, а высчитывают, кому не дали, а на презентациях книг такого толка, лихорадочно листают страницы в поиске себя любимого среди сонма других героев литпроцесса. Поэтому удивляет в романе даже не сюжет, в котором нам вполне доступно — смешно и остроумно! — рассказывают, как сейчас живется молодым писателям, которые каждый раз собираются написать «малый украинский роман» (поскольку Большую литературу пишут без них), а мастерство жонглирования образами, задействованными в этой истории.

poster
Дайджест главных новостей
Бесплатная email-рассылка только лучших материалов от редакторов НВ
Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

И пусть главный герой, который просыпается утром с бодуна и решает, что для вдохновения ему надо жениться, вот только неизвестно, на какой из любовниц, но остальные его коллеги напоминают зашифрованных под псевдонимами персонажей известного романа Катаева. Его книге Алмазный мой венец даже посвящали целые научные труды, чтобы разгадать литературный кроссворд имен и фамилий, а в нашем случае сильно и гадать не надо — все, как говорится, на лице. Корифеи и начинающие, метры и новички на литературном поприще — всех можно вспомнить-придумать в этом романе.

Петро Гаврилишин. Роман Чорненький. Станиславів: віднайдені історії. — Брустурів: Дискурсус, 2020

Брустурів: Дискурсус
Фото: Брустурів: Дискурсус

Эта необычная книга об Ивано-Франковске просто полна удивительных историй, загадочных событий и неизвестных фактов. А происходит это каждый раз после того, как раскрывают очередные архивы, и главное — закрывают глаза на «ненаучность» устной истории, которую только недавно признали официальным источником. Впрочем, в этом исследовании, посвященном бывшей столице ЗУНР, все прилично, и рассказ построен не на материалах толка «баба бабе сказала», а на вполне уважительных источниках. Удивляет и поражает в этих историях, охватывающих период от ХVІІІ до ХХ века все — и как Станиславов победил Коломыю, и праздник дивизии Галичина и не хватает разве что историй Ешкилева о монстре на старом кладбище, который гонялся за его мамой, и которого советские воины из огнеметов жгли.

Впрочем, Нестора Махно вполне хватает? Как его сюда занесло из степного края? «береглося прохання за підписом Махна до староства в Станиславові від 23 квітня 1922 р., — объясняют авторы. — Перебуваючи в королівстві Румунськім я інтернований не був і навпаки мені дозволялось мати при собі шість чоловік. Маю за честь прохати від себе, групи моїх старшин і козаків дозволити мені з людьми оселитись в м. Львові або в однім із міст Польщі на становищі мирних громадян робітників». Известно, в принципе, чем все оно завершилось.

Игорь Шестков. Сад наслаждений. — К.: Каяла, 2020

Каяла
Фото: Каяла

Книга рассказов берлинского писателя-эмигранта удивительна тем, что свой фирменный метод — превращение «советских» воспоминаний в «немецкий» сюрреализм — он доводит до абсурдного вида, и все вместе это выглядит, будто Довлатов сошелся с Кафкой и они написали Мертвые души. На самом деле, это гремучая смесь из коммунального быта позднего совка — детство в Крыму, онанизм в отрочестве, юность в институте, потому что Афганистан зовет — и берлинских будней ошалелого художника-эмигранта — музеи, нищета, эротические фантазии. Так же странно наблюдать, как все это трансформируется не в социальный триллер, а в фантасмагорическую прозу, которую лучше иллюстрировать картинами Босха вместе с музыкой Einstürzende Neubauten.

«Я стоял на перроне берлинского с-бана (городской электрички), — отчитывается автор. — На станции Грайфсвалдерштрассе. Подошел поезд кольцевой линии, и я осторожно вошел в вагон, поминутно оглядываясь… боялся, что и тут встречусь с чем-нибудь ужасным». Которого в его эмигрантской жизни хватает, из чего и пишется эта несуразная проза.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X