Клетка для разума. Пять документальных фильмов про людей в плену верований

11 мая 2020, 08:46

Сайентологи, радикальные евангелисты, хасиды — в новой подборке кинообозревателя НВ STYLE фильмы о различных религиозных общинах, их уставах и внутренних порядках, часто скрытых от глаз посторонних людей.

В этих фильмах также идет речь о причинах попадания людей в культы, о судьбе детей, рожденных в среде религиозной общины, а также о попытках сбежать из самых радикальных из них.

Видео дня

Приятного просмотра!

НВ
Фото: НВ

Святой ад (Holy Hell, 2016). Уильям Франческо Аллен.

Если попытаться синтезировать из сотен тысяч личных историй причины попадания человека в тот или иной культ, то среди основных будут: поиск ответов (читай: смысла жизни) и невписываемость в установленные рамки. Режиссер картины Святой ад, про культ вокруг мужчины по имени Джейми Гомес, Уилл Аллен попал на крючок в первую очередь из-за своей невписываемости.

В 1985 году, когда его мама узнала, что Аллен — гей, выгнала 22-летнего сына на улицу. На помощь пришла сестра, пригласившая парня в коммуну Буддафилд (Buddhafield) в Восточном Голливуде. Девушка пребывала в ней уже девять месяцев.

Причиной для существования коммуны был тот самый Джейми Гомес, он же Мишель Ростанд, он же Андреас, он же Учитель — несостоявшийся актер в художественных фильмах (пик карьеры — немая роль в Ребенке Розмари) и, наоборот, состоявшийся в фильмах для взрослых. Системообразующими деталями его образа были: до смешного задумчивый взгляд, черная подводка для глаз и откровенные плавки.

Черпая вдохновение в философии нью-эйджа, он называл себя и своих последователей богами, передавал энергию прикосновением пальца и заставлял других членов секты часами заниматься балетом.

Аллен покинул культ Буддафилд в 2007 году, прожив в нем 22 года. Несмотря на многочисленные скандалы, связанные с обвинениями в сексуальном абьюзе мужчин, секта Джейми Гомеса до сих пор существует. Правда перебрались ребята на Гавайи.

Их случай наглядно демонстрирует, в какую чушь может поверить человек не то чтобы сбившийся с пути, но ищущий что-то новое.

Наваждение (Going Clear, 2015). Алекс Гибни.

Фильм одного из лучших документалистов наших дней Алекса Гибни развивает эту тему и параллельно проливает достаточное количество света на секту, которая шантажом и угрозами выбила себе в США звание религии. В основном, чтобы не платить налоги.

Основателем саентологии был Лафайет Рональд Хаббард — несостоявшийся военный, такой себе муж (по свидетельствам одной из его жен) и крайне плодовитый автор научно-популярных романов. Именно последние, вкупе с осколками психотерапевтических практик послужили основой для главного труда Хаббарда, библии саентологов — Дианетики.

poster
Дайджест главных новостей
Бесплатная email-рассылка только лучших материалов от редакторов НВ
Рассылка отправляется с понедельника по пятницу

Гибни проливает свет сначала на зарождение саентологии, связанное с Хаббардом, потом сосредотачивается на гораздо более страшном периоде: когда основатель умер, а его церковь возглавил мужчина по имени Дэвид Мицкевич. Под его беспринципным и амбициозным правлением саентологи избавились от бремени налогообложения, заручились поддержкой Тома Круза (который в ленте выглядит сначала уверовавшим, а потом чуть ли не заложником Мицкевича, но в обоих случаях не очень умным человеком) и увеличили свою капитализацию до нескольких миллиардов долларов.

Чушь здесь не менее дикая и опасная, чем в фильме Уилла Аллена, вот только поломанных судеб больше. А еще в Наваждении (в оригинале Going Clear: Scientology and the Prison of Belief) наглядно показано, что чем крупнее секта, тем агрессивнее она защищается: при Мицкевиче саентологи погрязли в скандалах, связанных с обвинениями в преследовании, угрозах жизни, насилии, шантаже, манипулировании общественным мнением.

Лагерь Иисуса (Jesus Camp, 2006). Хайди Юинг, Рейчел Грейди.

В фильме Юинга и Грейди описывается ситуация вокруг более укорененной в общественном сознании и истории группировке — радикальных евангелистах. И их более слабых жертвах — детях.

В центре истории женщина по имени Беки Фишер и ее лагерь Дети на служении в Пламенеющей Школе — пугающее место, где маленьких христиан перепрошивали в республиканских воинов имени Джорджа Буша-младшего. На примере Фишер и ее подопечных авторы показали, насколько отвратительной может быть борьба между двумя идеологиями в США: либеральной и консервативной.

Лагерь вскоре после премьеры фильма закрыли, но родители обучающие детей креационизму (лженаучные попытки оправдать устаревшие представления о мире в религиозных текстах), страшащие их преисподней на каждом шагу, а еще Беки Фишер и подобные ей остались. Фильм Лагерь Иисуса оставляет чуть более горькое послевкусие, ведь масштабы сна разума здесь гораздо серьезнее.

Дети Бога (Children of God, 1994). Джон Смитсон.

В короткой документалке британца Джона Смитсона (продюсер фильма Шерпа про альпинистов) рассказывается о жертвах культа, который сейчас носит название Интернациональная семья, а в год своего основания, 1968-й, назывался Подростки для Христа, а прославился как Дети Бога.

Учитывая полувековую растянутость во времени, зацикленность на сексе лидера секты Дэвида Берга и поощрении беспорядочных половых связей среди его последователей, не удивительно, что жертвами Детей Бога зачастую были именно дети.

Что и демонстрирует Смитсон. Фокус его фильма направлен на семью Падилья: маму, которая жила в секте 18 лет и ее четырех дочерей, которых она родила от разных отцов находясь там же. На момент съемок ленты все они покинули секту Берга, получив на прощание многочисленные психологические травмы.

Путешествуя по домам, некогда связанными с Детьми Бога (а разброс там от Коста-Рики до Великобритании), они вспоминают ужасающие подробности жизни в секте. Например, смерть сестры от нехватки лекарств: они были запрещены; или многочисленных случаи сексуальных домогательств к несовершеннолетним.

И видно, как память о тех событиях до сих пор заставляет их задыхаться от стыда и чувства вины.

Один из нас (One of Us, 2017). Хайди Юинг, Рейчел Грейди.

В поисках места для своего метущегося разума люди, как им кажется, спасают себя из рамок повседневности и загоняют в еще более жесткие, тюремные решетки сект. Кроме иронии, здесь есть важный момент добровольности: переступить порог человек должен сам. Но есть и те, кого лишили права выбора. Это, например, дети, рожденные внутри культа.

В недавно вышедшем популярном художественном мини-сериале Неортодоксальная рассказывалось о девушке по имени Дебора Фельдман, которая родилась в хасидской семье, но отказалась жить по их чудовищно устаревшим и несправедливым законам. В документальном фильме авторов Детей Иисуса Хайди Юинга и Рейчел Грейди Один из нас рассказывается о нескольких подобных случаях. И здесь есть как мужчины, так и женщины.

Причины для побега у каждого сходятся (грубо говоря, далеко не всех в этом мире устраивает ситуация, когда в детских учебниках с картинками лица девушек закрашены черным фломастером, а мальчиков нет), но вот справляются с постхасидской жизнью они по-разному: кто-то живет в минивене, но пытается хоть как-то зарабатывать, кто-то борется за своих детей и проигрывает, кто-то уходит в зависимость, а потом долго из нее выбирается.

И мораль тут не в том, что свобода все-таки важнее рабства, а в том, что сила и закон по состоянию на 2020 год все еще на стороне поработителей.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X